Урод

Поверь мне, я это хорошо знаю. Тебе надо радоваться, что ты жива.

Лилайна жалобно заплакала, вцепившись в его рубашку.

– Но это все так мерзко, так стыдно, ты ведь сам сказал, что я противна тебе…

– Мало ли, что я сказал, я же не отказываюсь от тебя.

Он гладил ее волосы, целовал ее макушку и просто позволял ей плакать на собственной груди, а когда она чуть успокоилась, заговорил:

– Скоро будет суд, и тебе придется там быть.

Она дернулась, но он не отпустил ее, крепче прижав к себе.

– Тебя будут спрашивать обо мне, и ты должна говорить правду.

– О тебе? – удивилась Лилайна. – Причем здесь ты?

– Судить-то будут меня.

Она отпрянула, сожалея, что тут слишком темно, чтобы различить хоть какие-то черты его лица.

– Почему?

– Слишком долго объяснять, сама поймешь.

Ничего не понимая, Лилайна опустила голову и задрожала.

– И еще: я хочу, чтобы ты завтра ночью пришла ко мне.

Лила задрожала, поднимая глаза, но ничего не спросила.

– Я хочу, чтобы ты увидела, как Мо станет женщиной.

– Зачем? Я не хочу ничего видеть.

Она хотела убежать, но он перегородил ей путь рукой, мягко касаясь ее подбородка и щеки.

– Я не знаю, чем всё закончится, не знаю, что будет со мной через пару дней, но я хочу, чтобы прежде ты поняла, что сама ты женщиной не стала. Тебя унизили, обидели, сделали больно, но не раскрыли. Ты меня не поймешь, пока сама не увидишь.

– Ты всё еще хочешь, чтобы я была твоей? – спросила она дрожа.

– Хочу, – признался Антракс, целуя ее в шею чуть ниже уха, – но я не сделаю ничего без твоего желания, обещаю.

– Но делаешь прямо сейчас, – с вызовом ответила она.

Он убрал руку и отступил.

– Вот так-то лучше, – усмехнулся он горько. – Иди отсюда и ложись спать, пока я снова не начал говорить тебе гадости.

Она обернулась, взглянула на его силуэт в темноте ночи, вздернула нос и шагнула к двери, но он все же схватил ее за руку и, резко притянув к себе, вновь поцеловал.

Лилайна набрала полную грудь воздуха, но так и не нашла, что ответить.

– Ну давай, соври, что ты этого не хотела! – заявил он первым.

Она не ответила, быстро убегая. Сердце ее бешено билось, а голова кружилась, но всё, о чем она думала мгновение назад, исчезло из ее головы, сменившись смесью раздражения и волнения.