Урод

Рухнув на колени, девушка отчаянно глотала воздух, но ей казалось, что она как рыба на суше: только открывает рот, а тот сиплый звук, с которым воздух все же входит в ее легкие – был будто иллюзия, причиняющая боль.

– Я только начал, – сказал мужчина, не давая ей отдышаться.

Схватив ее за локоть, он дернул девушку на себя и наверх, заставляя приподняться, но Лилайна не поднялась. Оступившись, она вновь рухнула к ногам мужчины. В ее плече что-то хрустнуло, и она закричала бы от боли, если бы ее горло могло издавать громкие звуки.

Вместо крика вышел лишь сиплый писк.

– Как же легко ее победить, – смеясь, сказал мужчина.

Подхватив ее второй рукой, он бросил Лилу на кровать. Та упала на живот, еще раз хрипло пискнув. Попыталась приподняться, но смогла лишь опереться на левую руку и понять, что плечо правой болит так сильно, что двинуть рукой просто невозможно.

Сильная мужская рука легла на ее плечи и ткнула лицом вниз, прямо носом в подушку.

– Обойдемся без криков, – смеялся мужчина, вжимая ее одной рукой в подушку, а другой дергая со спины ворот ее платья.

Ткань тут же начала трещать, впиваясь в ее плечи и горло. На глазах у принцессы выступили слезы. Она хотела кричать, но не могла. Платье все-таки порвалось.

«Во двор можно, но со двора ни шагу».

Ей захотелось позвать принца, но она с трудом могла дышать, всхлипывая и буквально давясь кислым запахом подушки.

Оторвав лоскут ее зеленого платья, мужчина, наконец, отпустил ее голову, но только для того, чтобы дорвать ткань до конца.

– Не надо, – прошептала Лилайна. – Пожалуйста.

– Конечно, – насмешливо ответил мужчина, ускользая в сторону.

Его руки легли на ее обнаженные ягодицы, развели их.

Лилайна откровенно рыдала, не в силах ни нормально дышать, ни кричать, ни даже дергаться. В ее сознании стучало лишь одно имя, в мыслях она звала Гэральда, звала и молила его о чуде.

Но чудес не бывает. Разведя ягодицы, мужчина положил большой палец на анус девушки и надавил, заставив ту дернуться от боли, а тело поддаться и пропустить палец внутрь.

Рука тут же изменила положение, повернувшись ладонью вниз. Не вынимая пальца из ее зада, он быстро скользнул пальцами меж больших губ, скользнул по малым и ввел два пальца, но не глубоко, совсем немного и с силой надавил большим пальцем на опору из двух своих пальцев, зажимая словно щипцами плоть между ними, и тут же дернул вверх.