Урод

– Все равно плохо, но у меня еще есть завтра и целая ночь, – улыбнулась Ли, – А пока можно портить ткань узлами.

Она усмехнулась и взяла обратно грубую ткань, на которой тренировалась.

Элли шагнула в беседку.

– Вот вы где.

– Ты меня контролируешь? – с вызовом спросила Лилайна, вдруг ощутив, что старая подруга действительно стала напоминать ей няньку, приставленную к маленькому ребенку.

– Нет, но я волнуюсь, и принц просил присмотреть за вами.

Лила гордо вскинула голову.

– Даже противно от того, как ты хочешь выслужиться, а ведь я просто провожу время с новой подругой.

Элли выдохнула и виновато спросила:

– А я могу побыть с вами?

Лила только отмахнулась и продолжила свою работу:

– Ты обещала мне рассказать о покойной королеве, – напомнила она Ли.

Игла в ее руке лежала уверенно и легко, а каждый новый стежок серебристой линией изящно ложился на молочно-белый шелк.

– Да, точно!

Ли дернула нить, и та порвалась. Потому наложница принца Мэдина выругалась, как настоящая портовая шлюха и отрезала новую, начиная свой рассказ.

– Вообще, королева давно умерла, и я могу рассказать только истории о ней. Говорят, что наш король, будучи еще принцем, увидел ее на церемонии помолвки прекрасной Ленкары с каким-то северным лордом. Причем Эеншард оказался там случайно, и так был покорен ее красотой, что похитил ее прямо на глазах у всей ее семьи и, по сути, сделал ей предложение по здешним древним законам – взял ее. Разразился страшный скандал, и была бы война, не будь их страны на разных концах континента.

– И после этого она вышла за него? – не поверила Лилайна. – Зачем?

– Она была беременна и стала женой Эеншарда за пару недель до рождения Антракса, так долго ругались короли. Впрочем, говорят, что все это время Эеншард ухаживал за ней, и когда они поженились, то оба были влюблены. Здесь же называли этот брак благословенным, ибо по древнему поверью она приняла предложение короля, еще когда в ее утробе прижилось его семя, а когда родился мальчик – его назвали будущим королем, несмотря на то, что за три месяца до этого наложница родила Мэдина.

В этот момент у Ли запутались нитки, и она стала ругаться, поминая какой-то вонючий хрен. Лилайне пришлось взять работу и распутать нити, пока девушка со злости не изрезала ткань, как в прошлый раз.

– Вот, не злись ты так, если ты будешь с нитью мягче, она станет послушнее.

– С трудом верится.