И это уже не легенда. Отражение принцессы

Машины едут в слепую и никто из водителей не подозревает, что одна из решеток провалилась вниз. Буквально только что проехал мусоровоз – он и продавил ее. Теперь там дыра и если этот "джип" сейчас…"

Конечно Лена не могла знать, что решетки нет на месте. Но она в это ВЕРИЛА, следовательно так оно и было. Вера и злость – этого сейчас было вполне достаточно.

"Джип" и в самом деле взял чуть правее. Тот, кто был за рулем, решил поразвлечься, окатив прохожего грязной водой, но…

Удар был слышен даже через стекло.

"Дорога мокрая, тормозной путь увеличен, да он и на сухой дороге не успел бы затормозить."

Движение встало. Из "джипа" никто не выходил. Водитель грузовичка выбрался из кабины, посмотрел в покрытое трещинами стекло внедорожника и полез в карман за телефоном.

"Выбор и тайна… Ты выбрал свой путь сам, теперь не жалуйся! Думал, что ни от кого и ни от чего не зависишь? Что ты хозяин жизни?

На самом деле ты – пылинка, которую только что сдуло в пустоту ветром.

Ха-ха!"

* * *

– … случилось то, что случилось, – сказала она, пожав плечами и перевернувшись на спину. – На самом деле мне и делать-то почти ничего не пришлось. Все вышло само собой.

Саныч кивнул, соглашаясь.

– Так оно и бывает, если влияние аспекта направляется правильно. Есть рычаг, в котором твоя вера – это точка опоры, твоя воля – это то, что приводит его в движение, а сам рычаг, который и меняет мир – это влияние Гекаты.

"Кажется, он сегодня настроен на философский лад" – лениво подумала она и не ошиблась.

– Представь, что ты в церкви молишься, чтобы произошло какое-то событие. Если оно произойдет, то оно бы и так произошло, верно? К этому приведет никак не связанная с твоей молитвой цепь других событий. Но то, что ты сделала – это как молитва, которая не может не помочь.

Они были на даче Саныча втроем. Лена и Наташа в открытых купальниках растянулись на брошенных на траву полотенцах, под ярким июньским солнцем, а хозяин дачи помешивал гречневую кашу в большом закопченном котелке. Котелок был подвешен над костром, разведенным в обрезанной железной бочке. Мясо для шашлыков у них тоже было припасено, но его собирались зажарить попозже.

– Надо практиковаться, я помню.