Странник

Он отчетливо чувствовал каждую складку и каждый шов ее платья под своей рукой, но не нашел и намека на наличие белья, тяжело выдохнув ей в губы.

Это было слишком манящее открытие. То, что его жена расхаживала без белья во дворце, пряча ножки под тремя юбками, было явление привычное, но любимый голый зад под тонким ситцем лишал его всякой сдержанности.

Воспользовавшись моментом его слабости, Лилайна попыталась вырваться, но он с силой сжал ей бедро и привлек к себе, соскальзывая рукой с затылка ей на плечо.

– Если ты будешь убегать – я порву это платье, а другого у тебя просто нет, – сообщил Антракс, вновь подхватывая ее и уверенно укладывая на траву.

– Ну Антракс, не надо, – тихо взмолилась Лилайна, тяжело дыша и покусывая губы.

Очевидность его возбуждения отзывалась в ней приятной теплотой, но она не могла допустить подобного вот так среди поля.

– Нас могут увидеть, – лепетала она, когда мужчина, нависший над ней, стал осыпать поцелуями ее шею.

– Кто нас может увидеть? – нехотя пробормотал он.

 – Кому мы вообще тут с тобой нужны?

Он совершенно не разделял ее волнения. Дорога была далеко, тропинка, ведущая к броду, которую он успел найти, полностью скрывалась за деревьями. И даже если они кого-то не заметят, разве есть в мире люди, не знающие, что мужья делают со своими женами?

Он целовал ей шею, бродя руками по ее спине, животу и груди, сжимая ткань, сбившуюся в складки. Он чувствовал, что ее тело согласно с ним куда больше, чем она хотела это признавать.

Спина прогибалась от каждого прикосновения. Грудь дразнила пальцы бусинами сосков, а тонкие ножки под платьем не сжимались, а напротив расступались, когда рука забредала на ее бедро.

Для него не было никакой разницы между кроватью и полем, важно было лишь, что это она – его женщина с пьянящим запахом.

Она же, чувствуя возбуждение, закрывая лицо руками из последних сил, попыталась его пнуть. Не разбираясь толкнув его ногой, она с ужасом поняла, что он замер и вдруг отпустил ее.

Испугавшись, что она ударила его по больной правой ноге, она спешно посмотрела на мужчину, сев в траве.

Он смотрел на нее, чуть отодвинувшись. На его лице не было и намека на боль, но смотрел он внимательно, можно даже сказать, испытывающе.

– Кричать в замке ночью тебя не смущает, и тот факт, что минимум сотня слуг вынуждена слышать твои сладкие крики – это нормально, а пустое поле – это слишком.