Свидание на Аламуте

Графиня Дьендеш ловко раскрыла ножичком мидию и, не пользуясь палочками, высосала содержимое; утерев губы салфеткой, она усмехнулась.

– Первым делом он разорвал на мне всю одежду. Обнажил грудь. Я стояла почти голая. Думала, он будет меня насиловать. Но старик достал плошку с чем-то темно-красным и омыл мои груди. Потом заставил выпить. Только тут я поняла, что это – человеческая кровь.

Алесь вздрогнул, но не показал виду. Сам он пользовался европейскими вилкой и ножом и сейчас разрезал филе на мелкие кусочки, которые завивались колечками.

– Вы слышали что-нибудь о поклонниках богини Кали? – задумчиво спросила графиня.

Появившийся откуда-то из полумрака яванец молча поставил перед ней фанерный ящичек с фарфоровыми, величиной в два мизинца трубками. В углу ящика тлела медная жаровенка с угольками, источая кисловатый дым. Щипчиками Элизабет забросила в трубку уголек, сделала несколько затяжек. Ноздрей Радзивилла коснулся уже знакомый запах гашиша.

– Кали? Это какое-то индийское божество, – рассеянно проговорил Радзивилл, наблюдая, как с этих совершенно вылепленных губ срывается дым.

– Абсолютно верно. Самое интересное, что это одна из ипостасей известной супруги бога Шивы. Парвати или Дурга – недоступная, Шакти – магическая сила Шивы, а Кали… Кали – богиня смерти. Богиня истребления. Ее культ существует ближе к югу, там она известна как Шакти. Но в северной Индии сохранился самый дикий, самый исконный культ Кали, а в гуще зарослей стоят ее храмы. Это так называемый культ левой руки…

При этих словах она многозначительно улыбнулась, и Радзивилл запнулся в жесте.

– Бог мой, мой дорогой Пяст, вы же наверняка знаете, что мастурбация левой рукой, подчиняющейся командам мозга менее осознанно, – это особое ощущение. Левая рука всегда чужая!

Алесь ощутил, как по щекам пополз румянец. Он почему-то коснулся своей трости с серебряным набалдашником и услышал:

– Бога ради, Алесь, уберите эту палку между нами.

Аристократ торопливо передвинул трость вбок, теперь она их не разъединяла.

– Скажите, Элизабет, кто вас научил так откровенно разговаривать о сексе?

– Моя мать, – небрежно ответила она, закутавшись дымом. – Отец вытащил ее из Фоли-Бержер в одну из своих поездок. Она родила меня в шестнадцать лет. В соответствии с индийскими законами она уже могла быть женой и матерью.