Последнее заклятие

– Беги в замок, – быстро говорю я ей. – Буди Гилэйна! Не хрена ему спать! Пусть пошевеливается, если хочет, чтобы я попал на Риифорские болота!

– А ты? – шепчет Ларка.

– Выкручусь, – отвечаю я. – Быстрее! Беги!

Ларка кинулась в лес. Толпа дриад распалась перед ней, открыв широкий проход, и тут же сомкнулась за её спиной. Я поудобнее взял меч и прикинул, куда бы лучше садануть этого козломордого.

– Смелый человек! – воскликнул сатир, бросив разочарованный взгляд вслед убегающей Ларке. – Очень смелый человек! Ты, наверное, ничего не боишься! Может быть, ты не боишься даже собственной тени? Если это так, то я сложу о тебе песню! Но вначале проверим, так ли это?.

Сатир хлопает в ладоши и светящийся шар взмывает вверх сверкающим облаком. А на его месте оказывается… я сам!!! То есть, мой двойник. С мечом в руке…

Я едва успеваю сообразить, что же происходит, как двойник наносит меткий удар, который мне с трудом удаётся парировать.

– Все сюда! Все сюда! – радостно воет сатир, высоко подпрыгивая.

– Человек бьётся с тенью!.. – неслось со всех сторон. Судя по голосам, количество зрителей на поляне значительно возросло. Но мне сейчас было не до этого.

Я едва успевал защищаться. Мой двойник владел мечом не хуже меня. А может быть, даже лучше. Чудом отразив град его ударов, я пытаюсь провести контратаку, но безуспешно. Двойник начинает меня теснить к краю поляны. Лезвие его меча постоянно находится в опасной близости от моего тела.

Улучив момент, я наношу своему двойнику колющий удар в плечо. И тут же острая боль пронзает меня самого. Я отчётливо ощущаю, как стальной клинок погружается в моё собственное тело. И тоже в плечо. В левое. Как раз туда, куда я ударил своего двойника. Свою тень…

До меня начинает доходить вся мерзопакостность сложившейся ситуации.

Тень! Моя собственная тень! Она может меня ранить или даже убить.

Не знаю, озарение это было или отчаяние. Не могу понять также, почему в следующий момент я поступил именно так, а не иначе. Ведь, это был огромный риск. Тень продолжала атаковать меня. И если моя догадка, всего лишь догадка и не более того, то лежать мне здесь хладным трупом. Но ничего иного мне просто не оставалось.