Пекло. Восставший из мертвых

– Надо приставить к нему охрану, – говорил один из них, не понимая, что Оливер его слышит. – Не верю я в его вменяемость.

– Дауман говорил, что он нормальный.

– Нормальней некуда: что бы он сейчас натворил, если бы ты был один, а?

– Отнесись к нему, как к человеку с шоком.

– Как к опасному преступнику с шоком, – поправили Рональда Гранда, и Оливер подумал, что это очень верное замечание, но обдумать это уже не смог, проваливаясь в глубокий сон, в котором нельзя было услышать, как капает в его капельнице лекарственный раствор.

* * *

Над Хайбой занимался рассвет. Небо, как пластик, плавилось, сморщиваясь своим темно-синим слоем и открывая оранжевый раскаленный металл.

– Ну бля-я-я, – простонал Шеф и снова осмотрелся.

Он восемнадцать лет прожил здесь и был уверен, что не сможет заблудиться, а теперь смотрел на восток и понимал, что не может вспомнить, в какой стороне лагерь Демонов. Голову ему, что ли, напекло? Но когда? Ночью? Нет ночью Зены. Там темно и спокойно, если никто не пристрелит.

Голова у него болела, но не настолько, чтобы ничего не понимать, но он ее на всякий случай ощупал – вдруг ему череп кто-то проломил, а он и не помнит. Чаще всего как раз события перед ударом из головы вылетают, а иногда и после. Было с ним такое, что он напрочь забывал схватку. Даже без ударов такое было, но тогда он был мелким и боялся всерьез признавать, что убивать людей не трудно. Видел врага и как будто отключался, а потом уже привык, смирился с тем, что он тварь, мразь, убийца, Бешеный Олли и нелюдь.

– Ничего ты не забыл, просто базы больше нет, – неожиданно сказал ему Кастер – молодой черноволосый парнишка с много раз ломанным носом.

Он был его замом, главным помощником по управлению кланом, но Шеф был уверен, что его тут быть не может, только вспомнить не мог почему и спрашивал про базу:

– Почему это базы нет? Кто ее проебал?

– Ты и проебал, – пожал плечами Кастер.

Он сидел на капоте большой гусеничной машины и курил, как никогда спокойно. Обычно Кастер был нервным, дерганым, или не был?

В голове у Шефа все мешалось, и появлялись противоречивые воспоминания, где Кастер то педантичная заноза в заднице, то добродушный паренек с улыбкой на всю рожу, а потом вдруг все сошлось. Злобный Кастер всегда был добряком, но зудел как навозная муха, пока не влюбился по уши.