Пекло. Восставший из мертвых

Ожидая ответа оператора, Рональд кусал губы и пытался представить, что сейчас чувствует Оливер Финрер, если пытается так дико и страшно сражаться за свою жизнь.

«Мы для него враги», – понимал Рональд и не мог даже для себя это опровергнуть.

Он и сам враг убийце Оливеру Финреру. Он его пытается лечить, но это не делает его союзником. Он просто выполняет свою работу по приказу системы, которая один раз уже выкинула этого человека вон.

«Не человека», – напомнил себе Рональд и скривился от неприятия этой концепции.

– В видеосвязи отказано, – сообщил женский голос. – Берг Дауман через два дня будет у нас и можно будет решить любой вопрос. При экстренной необходимости обратитесь к оператору ЗАП, а не госпиталя. Приятного дня.

Если бы Рональд не знал, что это искусственный интеллект, то обругал бы матом эту тупую дуру, которая посылает его, по сути, нахуй таким милым тоном.

– Блять, – тихо выругался Рональд, не в силах уже молчать.

– Зачем тебе Дауман? – спросил Николас Форд, явно слышавший и разговор, и короткий мат.

Последний факт смутил Рональда. Он слишком уважал врачебную династию Форд, чтобы так при них говорить, но без извинений перешел к делу.

– Мне нужен человек, который общался с Оливером Финрером, потому что я не могу держать его на препаратах. Скорее всего, у него стоит антитоксический чип или что-то в этом роде – возможно, нелегально, а это значит, что я не смогу его отключить, и он умрет от печеночной недостаточности из-за наших препаратов, – сказал он и взмахнул рукой.

Николас задумчиво смотрел на него и молчал. Из-за этого молчания – странного и неловкого, Рональд продолжил:

– Я убиваю его, понимаете? Я отрезал ему полпечени из-за ранения, а теперь еще и травлю. Какой я после этого врач? При этом он вроде как опасен и все говорят: «забей». Там подожди два дня, тут – неделю, а он умрет, и виноват в этом буду я?! Понимаете?

У него даже голос сорвался, но Николас неожиданно кивнул.

– Понимаю.

– Конечно.

– Жди, – велел Николас и вышел.

Глава 3

Слабость и тошнота стали его главными спутниками. Он сидел в кресле на колесах. К левой руке были подключены анализатор и система дозировки лекарств. Оба прибора крепились к спинке кресла и не мешали ему передвигаться по палате. Зачем ему вообще передвигаться, он не мог сказать.