Испытательный срок

 – Этот мальчик ещё жив? Что же ему теперь надо? – Голос мага раздавался откуда-то издалека и был немного глуховатым и хриплым.

– Мы хотим, чтобы вы взглянули на одну вещь. – В голосе Эллины почувствовалось некоторое замешательство.

– Дитя моё, – в голосе мага прозвучала усталость, – я давно уже не занимаюсь боевой магией. Я не раз говорил об этом… Не двигаться!.. – внезапно выкрикнул маг. И слова эти были наполнены таким ужасом, что Эллина невольно вздрогнула. И краем глаза она успела заметить, как вздрогнула и замерла Катя, не успев вытащить из сумки блокнот.

Эллина увидела, как руки Кати окутывает бледно-голубое сияние.

– Не надо, – неожиданно ровным голосом произнесла Катя. – Опасности нет…

Она понимала, чего испугался маг. И ощущала своей кожей слабое тепло. Катя хорошо знала, что это пока ещё ласковое и безопасное тепло мгновенно может превратиться в испепеляющий жар, способный уничтожить любого.

– Это книга, – пробормотала она. И сияние померкло, тепло отступило.

– Книга?! – изумился маг.

 – Что ж, покажи…

В тоне его не звучало и капли смущения своим недавним истерическим страхом. Словно так и нужно, словно подобное было в порядке вещей.

Сгусток темноты зашевелился, послышалось шуршание. Затем вспыхнул свет, и Эллина невольно вздрогнула. Но ничего страшного – маг просто решился зажечь свечу. Корявый огарок горел неровно, пламя его колебалось. И все же света он давал на удивление много. Настолько много, что можно было разглядеть и всё помещение, и мага.

Комната, где обитал маг, представляла собой довольно большое подвальное помещение с низким потолком. Подвал этот тянулся под всем монолитом. В дальнем углу комнаты громоздились какие-то то ли шкафы, то ли просто поставленные один на другой ящики с книгами. В центре комнаты располагались уродливого вида стол и стул, который вполне мог претендовать на звание кресла или даже трона – высокая спинка, резные, вычурные ножки. Второй стол находился возле стены, и на нем был навален ворох бумаг.

В углу, возле самой двери, смутно темнела неопрятного вида куча тряпья – то ли постель мага, то ли что-то из одежды, небрежно брошенное на пол. При взгляде на мага невольно можно было утвердиться в последнем предположении. Потому что выглядел Маркулий под стать этой куче тряпья.

Невнятное грязновато-серое одеяние, тщедушная костлявая фигурка низкого роста… Может быть, именно поэтому он всё время запрокидывал голову назад, пытаясь казаться выше.