Испытательный срок

– Вон! – рявкнул им Влад.

Люди испуганно шарахнулись в дверь. Все, кроме одного. Мошков толком не видел этого человека – тьма, сгустившаяся в углу, не позволяла этого сделать. Единственное, что он разглядел, – что-то чёрное, лоснящееся, поблёскивающее металлическими капельками. И над всем этим – непонятное и необъяснимое призрачное зеленоватое сияние, словно бы даже контуры лица.

– Катя, ты тоже… – на тон ниже произнёс Дарников.

Фигура не шевельнулась, только сияние на миг погасло.

– Пожалуйста, – неожиданно сказал Дарников.

Тень двинулась к двери и, очевидно, покинула помещение – Мошков сейчас больше внимания уделял стоявшему перед ним Дарникову, чем этому непонятному существу с женским именем. Дарников же внимательно рассматривал ещё несколько часов назад казавшееся ему тупым и никчёмным лицо.

– Ты хочешь знать, что я ищу? Это не оружие, не золото и не порошок. Это… летопись. Знаешь, что такое летопись?

– Не в курятнике родился, – кивнул Мошков.

– Так вот, – Дарников, казалось, пропустил слова Мошкова мимо ушей, – на протяжении многих лет её составлял один из умнейших людей.

Мошков пожал плечами. Глаза Дарникова метнули молнии, но сам Влад промолчал.

– Итак, не находил ли ты летопись? – Дарников подошёл к Мошкову почти вплотную и уставился ему в лоб. Влад пытался выглядеть посерьёзнее, а смотреть в глаза парню ему не хотелось – тут же всплывали неприятные мысли и становилось жутковато.

– Чё там? – поинтересовался Мошков с кривой усмешкой. – Прыщик, что ли?

– Тварь… – прошипел Дарников.

– Ага, – осклабился Мошков. – Только ты ничего со мной не сделаешь. Пока я тебе нужен – не сделаешь. И вообще, не помню я, чтобы мы находили что-нибудь этакое. Да и фиолетово нам такая фигня! Среди наших типа грамотных почти что не было. Мы всё больше по оружию да порошку специализировались.

– Твою мать! – не выдержал Дарников.

А Мошков вновь удостоился чести поцеловать землю-матушку. Удар командира был не столько сильным, сколько неожиданным…

3. ШАНС

Я сразу понял, что этот Влад меня не убьёт. Нужен я ему зачем-то. Зачем – не знаю. Но когда он выяснит, что толку от меня, как от тени гоблина, тогда уже – всё! Тогда уже – пиф-паф! А потому надо мне ноги рисовать от них, пока не поздно.