Пекло 3

Если ты меня видел в другой среде…

– Виту, причем тут среда? Ты всегда был сам по себе и никому не доверял, скажешь, нет?

– И что ты от меня хочешь?!

Лотар хлопнул по полу рядом с собой.

– Тут вполне мог валяться чей-то труп, – язвительно заметил Виту.

– Сейчас не валяется, – пожал плечами Лотар, помолчал немного и, не дожидаясь очередной колкости, заговорил: – В подростковом возрасте мне пришлось работать с психотерапевтом, потому что я тоже не умел нормально общаться с людьми. Быть изгоем тяжело.

Ты никому не веришь, не можешь позволить себе слабость. Мне долго пришлось учиться не бросаться на людей, когда мне плохо, и не убегать от реальности в алкоголь.

– Ты сейчас пиздишь, да? – хмурясь, спросил Виту.

– Нет. Я был тем еще проблемным подростком – много алкоголя, драк, скандалов, а все потому, что на меня все пальцем показывали. У меня родня знатно так облажалась перед всем человечеством, а мне с этим жить пришлось, хотя я был ребенком и вообще ни в чем не виноват… Так вот ты тоже ни в чем не виноват, но я знаю, что в тебя тоже тыкали пальцем и шептались за спиной, поэтому я понимаю, почему сейчас ты ведешь себя именно так, даже вот это понимаю.

Он показал коробочку с колючками и тут же переложил их в карман подальше.

– Ладно, допустим и что? – спросил Виту, сев рядом. В голосе при этом не было прежнего вызова, только непонимание.

При этом он снова достал сигарету и стал щелкать зажигалкой, а руки дрожали, и идиотский огонек срывался мимо мятой сигареты.

– Я просто хочу объяснить, что мы понимаем, что тебе плохо, и не надо этого скрывать, – сказал Лотар, отобрал у него зажигалку, чтобы помочь Виту прикурить. – Ты ведь не привык это показывать, но…

– Слушай, а тебе какое дело? – перебил его Виту. – Чего это мы вдруг такие святые? Что, надо было тебя, вместо того урода, на кресте распять?

– Почти смешно, но нет, – спокойно ответил Лотар, даже не разозлившись. – Просто я еще в команде «Белой Молнии» восхитился твоей выдержкой. Не поверю, что ты не знал, что говорили за твоей спиной и как иногда брезгливо морщились, но ты заставил их всех считаться с тобой, как профессионал.

В том, что ты гениальный физик и чего-то стоишь, не мог усомниться ни один старпер, ворчащий, что ты диссертацию защитил потому, что Симон Финрер заставил. Ворчать-то они ворчали, а поспорить с десятью патентами не могли.

– Тринадцатью, – поправил его Виту, затянувшись, но тут же нахмурился, все еще ничего не понимая.