Ведун. Слово воина: Слово воина. Паутина зла. Заклятие предков

И одновременно стихла страшная боль, что многие дни терзала запястье ведуна.

«Похоже, я несколько дней вообще креста чувствовать не смогу», – подумал Середин, достал свой маленький, доставшийся от Радомира, нож, склонился над купцом, разрезал путы на его руках, веревку вокруг шеи.

– Что ты делаешь? – встревожился Олесь Русланович.

– Василиск – это всего лишь темный дух, – пожал плечами ведун. – Он не способен войти в святилище, выжить в нем. Могущество богов, их воля стирает василиска, как волна – замки из песка.

– Почему же ты не привел этого человека в святилище раньше?

– А кто бы пустил меня сюда с конями? – развел руками Олег. – И как я мог оставить без присмотра коней с таким богатством, которое ты видел, княже? Тем более – чужим богатством, за сохранность которого я ручался.

– Складно врешь, – задумчиво кивнул белозерский князь. – А был ли василиск?

– Прости, князь, – наклонился вперед боярин из свиты. – Ходили дурные слухи про то озеро и устюжскую дорогу.

Толстяк зашевелился, сел, скинул с головы торбу, прищурился от ударившего по глазам света:

– Где я, о, боги? Что со мной?

– А ты кто таков?! – грозно прикрикнул на него Олесь Русланович.

– Купец я новгородский, Глебом кличут, – растерянно закрутил головой толстяк и перевернулся с седалища на колени. – Княже, великий, откуда? Сварог, прародитель наш, где я? Как сюда попал?

– А где ты должен быть? Ну, говори, торговая твоя душа!

– Не… Не знаю… – Глеб Микитич с надеждой повернул голову на Середина: – Как это, ведун?

– Отвечай князю, смерд! – выступил вперед из свиты какой-то боярин и грозно полуобнажил меч.

– Я не знаю, княже, – стукнулся лбом о землю толстяк. – Помню, старик в дубовой роще появился. А потом все со всеми рубиться начали, кричать. Я к лошадям побежал… Ведун, да скажи же ты!

– Я дал тебе клятву привезти тебя и товар на торг в Белоозеро, – сухо сообщил Олег. – Ты в Белоозере. Товар твой у старшины купеческого, прилюдно из рук в руки передан.

– А охранники мои где?

– Я клялся привезти сюда тебя и твой товар, – покачал головой Середин. – О воинах уговора не было.

– Складно врете, шельмецы, – хмыкнул, послушав разговор, Олесь Русланович. – Ой, складно. Да токмо про дела странные… Ну, да мы ныне разрешим все честно. Воевода!

– Слушаю, княже… – Вперед из свиты протолкался упитанный, чернобородый, лысый мужик в шитой жемчугом тюбетейке, с готовностью положил ладонь на рукоять длинного кинжала.