Нет сигнала

Словно в насмешку ему приснился синий лес под желтым небом. Оранжевый жук сидел у него на плече и потирал друг о друга передние лапки, а Матвей шел по тропе, навстречу холодному ветру, и не останавливался, пока холод не стал совсем невыносимым. Тогда он все же застыл, весь съежился, пытаясь согреться, и внезапно проснулся от этой дрожи.

Он замерз в своей гостиной. Отопление отключилось. В открытое окно врывался холодный ветер и заполнял весь дом.

– Что еще могло случиться? – спросил Матвей у самого себя, не скрывая отчаянного стона, сел и с удивлением уставился на красный экран энергометра.

Он не писал, что нет сигнала, просто мерцал красным, и это мерцание в кромешной темноте внезапно стало озарением для Матвея. Что бы ни считали другие, правда была перед ним. Его энергометр неисправен! Пусть он ничего толком не знает о его работе, но он знает себя и видит это своими глазами.

«Невозможно» – сказал эксперт. Только Матвей знал истинный смысл научного слова «невозможно». Оно говорило лишь об одном: еще никто не смог найти способ и возможность сделать это возможным, а если что-то уже есть, если оно сейчас происходит, значит его можно разгадать и доказать его существование.

Вскочив с места, он бросился к телефону, но тот отключился вместе с энергометром. Ругая свою непредусмотрительность, Матвей бросился в спальню за небольшой переносной батареей. От возбуждения в голове у него гудело, и ноги казались ватными, даже сердце стучало как никогда отчетливо, будто пыталось ему напомнить о своем существовании, но Матвей думал лишь о батарее.

Влетел в комнату, дернул ящик стола и взвыл от отчаянья. Ящик был на замке – энергетическом замке, который без энергии никогда не открывался. Обругав себя за полную бестолковость – в конце концов, ему совсем не следовало хранить какие-то батареи рядом с документами – Матвей вдруг понял, как много в его жизни держится на этом предмете с зелеными волнами. Его быт, его работа, его развитие и даже его будущее – все держалось на технике, способной питаться от сломанного трансформатора энергии на его руке.

Только тратить время на размышления он не стал. Бросился к шкафу, вспомнив, что когда-то у него была камера, старая, раритетная, ей было почти сто лет, но она все еще была рабочей и батарею свою имела, только пряталась в коробке среди совершенно бесполезных подарков. Тех, что и выбросить жалко и применить некуда. Чудом вспомнив о ней, Матвей рылся на полках, когда свет внезапно загорелся.