Великой тайной светится любовь

преданья бывших стран,

И не сумев найти мелодии свирелью,

Я был пронзен печалью горьких ран…

Я здесь лежал изломанным побегом,

Коснувшись памятью ночующих небес,

Был убелен уже опавшим снегом,

Хоть и дрожал во мне умалишенный бес…

Под пыткой мыслей повторяющих движенья

И сладость юных любопытных уст,

Я лишь на миг вернулся в прошлое сожженье,

Ибо большой частью был прожит и пуст…

И словно памятник отбросивший забвенье,

Я жил тобой навеки излечась,

Пришло мое прощальное мгновенье,

Дышала трепетом безмолвная свеча…

XXII

Чокнутый, – весь мир и его люди,

То молятся, то яростно грешат,

То ли еще с нами будет, —

Сладкий рай иль мерзкий ад…

Кнопочку нажмешь, – и наслажденье,

Другую давишь, – пропасть, мрак,

Город – лабиринт и наважденье,

Хитросплетение безумнейших атак…

Тьма голодных любопытных женщин,

Миллиарды опрокинутых в постель,

Исчезающие всюду деньги, вещи,

Обозначенная стрелкой манит цель…

Часы идут, но вряд ли кто-то видит,

Что они всегда для нас стоят,

Жизнь как океан для нежных мидий,

Рожденье – Смерть, рассвет, всегда, – закат…

Я видел всех, кто, проплывая мимо,

Вопил от страсти познанных чудес,

Но в наличии была лишь пантомима,

Над Тайной Вечною вздымался темный лес…

И все в нем таяли, и также растворялись,

Как в тьме Аида сонм героев и богов,

Орфея с Эвридикой светит жалость,

Но исчезает в дымке промелькнувших слов…

Любовь, любовь, – кусты, постель ли, лоно,

Ощущаемая ночью нежность чад,

До судорог сжимает всех влюбленных,

И вместе с ними растворяет светлый сад…

Ветер, ветер, – голос, жалобчонка

О том, что все сбежало без следа,

И ты, моя прелестная девчонка,

Сорвалась листочком, смылась навсегда…

Ау, Безумие, я очень много вижу

И ненавижу эти мертвые цветы,

На могилах ощущенье Смерти ближе,

Уже как ангелы парят вдали мечты…

XXIII

Когда раздался взрыв непослушанья

И люди все сошли с ума,

И стали вдруг крушить все Мирозданье,

Будто на прочность, проверяя и себя…

И область сна, где зарождение желанья

И видимость того, что нет тебя

Никак не сложится с движением сознанья,

Плывущего в безбрежные края

Из самой яркой вспышки обладанья,

Где существует радость лишь моя,

Обретшая безумное восстанье,

Истоки разума и токи бытия…

Я был невидим никому, я отрешился,

Я просто притворился мертвецом,

Чтоб разыскать в исчезновень