Женщины Иномирья. Половое превосходство

Поэтому была на ровне с теми подростковыми девицами, кто любил вызывающе накраситься.

Кому, как не Сто третьей знать, что на Радуге женщинам не нужно применять никаких средств химии, чтобы выглядеть безупречно, как это делают аборигены – женщины. Кстати, тоже жалкие, слабые и глупые создания.

Охотница по имени Сто шестьдесят девятая поприветствовала «подругу», как принято у аборигенов.

– О! Привет Сарочка, – воскликнула девушка и поднялась.

– Привет Леночка, – произнесла Сто третья так же мило.

Они обнялись, чмокнули друг друга в щёчки и расселись за столиком.

В кофейне было трое посетителей, ближайшие столики пустовали. Да и мысленное сканирование не показало никаких враждебных устройств слежения. Поэтому Сара начала открыто. А ещё так требовалось для записей шифрованных протоколов руководству. Однако записи велись не всегда, и не сегодня уж точно.

– Как обжилась здесь? – Поинтересовалась Сара участливо.

– Терпимо, – ответила Лена односложно.

– Ну а работа?

– Если бы знала, чем придётся заниматься, хрен бы согласилась на эту поездку, – призналась Сто шестьдесят девятая под вымышленным именем Лена.

– Переводись в нашу группу, – пожала плечами Сара, улыбаясь уголком рта.

Ей доставляло удовольствие общаться с соплеменницей вживую. Особенно такой заслуженной. У охотницы успехов на своём поприще было немало. Девушка прибыла на планету совсем недавно, но уже отпахала на полтора года вперед, за что отдать ей должное.

– Вы убиваете, а я так не могу, – выдала Лена.

– По мне так лучше убить, чем похищать и отправить на стройку в те условия, где выживает не каждый, – парировала Сто третья.

– Сара, ты не права, любая, даже самая жалкая жизнь лучше смерти. Тебе ли не знать, что случилось с некогда единым родом, когда наши соплеменники ушли на орбиту.

– Ненавижу их, – фыркнула Сара, вспоминая Двадцать пятого, что едва не лишил её жизни.

– Не спаслись бы тогда они, многие рода не были бы продолжены, – привела довод в защиту врагов охотница.

– Хранилища семени хватает на всех, и без жалких ничтожеств мы всегда могли обойтись, – скривилась воительница.

– Вот поэтому мы и ведем войну, – выдохнула Лена, начав расправляться вилочкой с кусочком суфлейного тортика. – Потому что не понимаем друг друга. Вернее, перестали понимать.

– Я на Земле уже пятый год, здесь аборигены живут вместе, мужчины с женщинами заводят так называемые семьи. Но в этом нет ничего хорошего.