Демон против правил

Последнего он за собой не заметил, коротко взглянул на нее, а потом осознал, что она поняла про взгляд, и совсем побелел, не в силах уже утыкаться мордой в пол.

– Я не виноват, госпожа, – сказал честно. – Вы просто очень красивая.

Он не лукавил. Она успела надеть только черное белье, но ему казалось, что так она была еще соблазнительней, чем без одежды вовсе.

– Я рада, что ты так думаешь, – хохотнула Витория.

Этот его горящий, испуганный, голодный, покорный и неистовый взгляд ее возбуждал.

Как все это могло сочетаться, она не понимала, но очень хотелось попробовать.

Она подошла к нему вот так, не одеваясь, и коснулась его подбородка, не давая опустить голову.

– Вечером, когда я покончу с делами, покажешь мне, насколько я хороша, – сказала она, буквально наслаждаясь тем, как в его глазах ужас сменился восторженным желанием, а потом снова рухнул в ужас, будто она походила на страшную волшебницу, способную его растерзать в своей постели, а ей хотелось просто немного поиграть.

– Госпожа, – начал было Экатор сбивчиво, чуть отстраняясь от ее руки.

– Ты хочешь мне возразить? – спросила Витория весело.

– Только напомнить, что вы меня так и не наказали, – с трудом выдавил Экатор. Больше всего он сейчас боялся, что она отложит наказание до вечера, а потом превратит постельную игру именно в наказание, а там он точно все испортит, потому что ничего не понимает в постельных играх, а поддаваться и терпеть одновременно не умеет вовсе.

– Сразу после завтрака. Я все помню, – заверила его Витория и, вскользь проведя пальцами по губам, пошла к шкафу.

У Экатора сердце на миг остановилось от этого прикосновения.

– Губы – это самое личное, – как-то очень давно говорил в его присутствии господин Лио-Йен одной из своих гостей. – Так что, покупая себе постельного раба, помните: никаких прикосновений к его губам, никаких поцелуев, хотя по приказу ваше тело он может целовать как угодно.

Это будет во имя вашего удовольствия. И с телом можете делать все что угодно, даже с хвостом, но не губы. Не знаю, что у них там есть вместо чувств, но что-то есть, и именно губы это пробуждают. Даже бить за дерзость по губам не советую.

– Ох, вы меня смущаете, – вздохнула та магесса, но, закусив губу, спросила: – А можно перед покупкой потрогать вашего мальчика. У него такой аппетитный зад.

– У вас хороший вкус.