Демон против правил

Ей хотелось достать из ларца драконью плеть и отходить раба по спине так, чтобы мяса на ребрах не осталось, за такую-то дерзость, но она понятия не имела, где именно был ларец, упакованный самим рабом, а не ею.

«Нашла кому свободу давать, – ругалась на себя Витория. – Нашла кому верить!»

Она даже понять не могла, чего испугалась. Отцовского голоса. Демонической рожицы с самого утра или вообще всего.

– Отвечай! – приказала она, понимая, что он не собирается даже шевелиться. – Немедленно!

Быстрее, чем он ответил, возник на шее ошейник и пустил по телу демона короткий разряд – болезненный, но зато отрезвляющий.

После него Экатор смог выдохнуть и приподнять голову.

– Я не мог вас разбудить, госпожа.

Оправдываться он не стал, просить прощение тоже. Он сделал, что мог, ну а наказание его и так ждет. Еще вчера он успел заслужить действительно серьезную порку, так что теперь уже и бояться нет смысла. На страх к тому же он права не имеет.

– Демон, – простонала Витория, не то ругая именно Экатора, не то ругаясь вообще.

Она посмотрела на выключенного квакуна, затем в окно и только вздохнула. С пробуждениями у нее действительно бывали проблемы, особенно, если засыпала она под утро.

– Сходи в столовую и принеси мне завтрак. Себе тоже что-нибудь возьми, – сказала она, глядя в окно, а сама все еще думала, зачем она его с собой приволокла, как починить дверь и не опоздать на маленькое совещание своего отряда.

Зато Экатор не медлил, а тихо выскочил из комнаты, убежденный, что после завтрака его точно убьют.

Он буквально выбежал из общежития и побежал по узкой аллее, выложенной мелкой серой плиткой. К его счастью, на пути ему никто не попался. Он был напугал, взволнован и ошарашен так, что снес бы на бегу мага и не заметил. Только уже у здания столовой его внезапно поймали за локоть и дернули в сторону так резко, что Экатор попытался вырваться, но тут же выдохнул, узнавая напарников Витории.

Дейвас крепко держал его одной рукой, а второй, кажется, был готов ударить по нему печатью.

Дейвас явно ничего такого не думал. Он миролюбиво улыбнулся, не отпуская локоть раба, и убрал от лица мокрые волосы.