Демон против правил

Нас очень много, а работники меняются слишком часто, чтобы что-то запоминать, – разочарованно прокомментировал это Тевиш. Он явно рассчитывал на большее.

– Ой, думаю, ты не прав, – хихикнул Дейвас, видя, что Экатор снова что-то спросил, получил новый ответ и, кажется, завязал со слугами беседу, а через пару минут вернулся с самым невозмутимым видом, поставил на стол поднос и вновь опустился на колени у ног Витории.

Ему было немного страшно и почти больно смотреть на юного раба, ползающего по полу совсем рядом.

– Обалдеть, – глухо пискнула подруга Маранды, которую тут еще никто не знал.

 – Это же твое любимое сочетание.

Маранда обалдело дернулась. Кажется, она не хотела выдавать, что раб смог угадать, но слишком сильно растерялась.

Дейвас заржал, уже не пытаясь сдержаться. Сел на стул у соседнего стола, сложился пополам и закрыл себе рот рукой, чтобы не сотрясать стены собственным хохотом.

– Селдийский паштет, красные водоросли и нугара с вином? – удивился Тевиш. – Ну у тебя и вкусы. Ладно, идем.

Ужина за твой счет вполне хватит в качестве извинений за неудобства.

Он отступил, буквально за шкирку поднял Дейваса и повел его назад к их столу, а тот очень старался не смеяться, но у него не получалось.

– Ты видел ее лицо? Это превосходно!

– Да, – спокойно отвечал Тевиш. – Главное, не начинай издавать дикие звуки демонической пляски.

Дейвас тут же снова заржал.

– Пошли, – спокойно велела Витория Экатору и добавила чуть строже: – Не отходи от меня ни на шаг… и молчи!

Экатор только кивнул.

Он был даже рад этому приказу. Когда есть запрет, внутри сразу появляется барьер, его не трудно проломить, но он работает хорошим напоминанием. Молчать – значит молчать, справедливо. Только на мальчишку-раба он все равно обернулся, радуясь, что он теперь просто сидел в сторонке, явно не нужный, может быть ему повезет и хозяйка станет умнее, главное, чтобы она не решила ему отомстить за болтливый язык.

Понимая, что язык – это вообще какое-то зло во всех возможных смыслах, Экатор опустился на колени у стола и только теперь порадовался, что его сразу не убили, а ведь могли, за такую-то дерзость.

– Стоит отдать ему должное, – сказал Тевиш. – Так четко обосновать, в чем ее ошибка, может не каждый.

– Ой, я точно не умею так выражаться, – хохотнул Дейвас.

– Ты – это само собой. У тебя манеры хуже, чем у любого провинциала.

– Эй! – Дейвас скорчил возмущенную рожу, и Витория все же сдержанно хихикнула, постепенно отходя от происшествия.