Демон против правил

Ее гневу этих двух ударов более чем хватило, чтобы простить рабу все, в чем он даже не был виновен, но артефакту до ее прощения не было никакого дела.

Пройдя по комнате, она с волнением нанесла третий удар, старалась чтобы он был легким, а он вышел как первый и оставил кровавую полосу поперек двух предыдущих, но его раб принял спокойно, только дыхание затаил. Зато Витория бесилась от всей души. Как работает плеть, она не понимала, разве что видела, что та зависит как-то от нее, при этом не было никакой связи с силой замаха и уровнем ее гнева.

Причин злиться на себя у нее стало куда больше, чем делать хоть что-то еще. Во-первых, она поступила, как полная дура: не разузнав ничего, заставила раба говорить. Заставила ведь. Не мог он ей отказать, своей госпоже, особенно впервые ее видя. Во-вторых, повела себя, как ребенок, получивший игрушку. Если бы здесь был ее отец, скорее всего он поставил бы ее рядом с рабом, потому что всегда говорил, что минимум половину наказания хозяин раба может выдать себе.

Думая и злясь, она нанесла еще два удара, таких же кровавых, вгоняющих ее в полное отчаяние. Если так дальше пойдет, она его забьет насмерть, и все – пропал личный отцовский раб, видимо очень хороший, раз ему не доставалось. Как тут на себя не злиться?

Осознав, что у нее есть сутки, она решила остановиться, перерыть отцовские бумаги и найти записи о том, как это работает. Педантичность отца не вызывала сомнений, а значит записи подробные и обстоятельные должны были быть.

– Так, я сейчас уйду, – сказала она, догадываясь, где искать бумаги, – а ты тихо посидишь тут и подождешь меня.

Она ожидала, что раб сядет на пол, потому что все рабы имеют манеру исполнять приказы буквально, что для безвольных существ неудивительно. Этот же почему-то не двинулся. Только удивиться она не успела. Стоило отпустить рукоять плети, как та не легла в ларец, а взлетела и сама нанесла удар, все той же установленной в первый раз силы.

«Она что теперь не остановится, пока не закончит?» – с ужасом подумала Витория, тут же поймав плеть назад, а ведь она хорошо знала, что самое страшное и глупое, что может сделать маг – это влезть в игру с неизвестным артефактом. Только кто ж знал, что в доме есть такие вещи, уникальные и, как ни странно, созданные ради одного раба. Подобное в голове у Витории не укладывалось.

Ее охватила настоящая паника.