И ни на одно мгновение дольше

Старичок вместо ответа радостно рассмеялся, будто наконец свершилось что-то хорошее и очень долгожданное. А потом, опять взяв Павла Петровича за рукав, повел в дом как дорогого гостя.

Найти причину для отказа Павел бы не смог, даже если бы захотел: очень светлая большая комната с тремя окнами понравилась ему без всяких сомнений. В углу, будто в ожидании, стоял старинный письменный стол, покрытый зеленым сукном. Лучшего места для работы было не придумать. Кровать с высокими железными спинками и серебряными шишечками на углах манила высокой периной и горкой из подушек.

– Это ваши родственники? – спросил он у старика.

– Теперь уже стали родственниками, – посмотрев на фото, ответил дед. – Когда я много-много лет назад приехал в этот дом, они уже здесь были, а теперь я так к ним привык, что они для меня стали родными.

Дед Захар показал гостю кухню, свою спальню и деликатно оставил его одного.

Павел разобрал рюкзак, сел за стол и с наслаждением провел ладонями по мягкому сукну. В окно светило солнышко и тихо стучались ветки черемухи. На душе было так хорошо, что захотелось выпить. Одновременно он почувствовал голод и подумал, что не помешает чего-нибудь перекусить. Поэтому решительно поднялся и вышел на улицу. Еще по дороге Павел Петрович приметил деревенский магазин, но желание взглянуть на то, ради чего он приехал в этот медвежий угол, было гораздо сильнее голода.

Найдя узкий проход между деревянными заборами, он спустился к берегу. С высокого обрыва хорошо просматривалась широкая река, которая из-за жаркого лета сильно обмелела. Кое-где появились песчаные острова и отмели с широкими длинными пляжами. Из-за этого холм на противоположном берегу казался еще выше, чем предполагал Павел Петрович. Сейчас его называли «Чудская гора». По тем данным, что он раскопал в тех двух летописях, именно здесь когда-то и был исчезнувший более тысячи лет назад Город…

*****

Дверь в магазин была распахнута и снизу поджата толстым березовым поленом.

Внутри в небольшом зале никого не было. Павел прошел вдоль стеклянных холодильных витрин с посиневшей колбасой и засохшим сыром. Оценил небогатый выбор спиртного и встал у кассы в ожидании продавца.