Реверс

Не будь я «прекрасным эльфом», то есть юношей рода халумари, наверняка ударила бы, но вместо этого сплюнула на сырую дорогу, поросшую травой-муравой.

– Потом расскажу.

И мы продолжили путь. Пистолеты наёмницы заряжены, пальцы стиснуты на эфесе клинка, зубы скрипят. Я и сам время от времени дотрагивался до кобуры с потайным пистолетом. Нервное состояние девушки передалось и мне.

Озеро кончилось, уступив место болотам с теми же чахлыми берёзками и осинками. Это по правую руку, а по левую шли поросшие густым ельником холмы.

И судя по обилию покрытых мхом и лишайником больших валунов явно ледникового происхождения, они тоже не лучший путь для странников – все ноги переломать можно.

Вот между ними и петляла дорога, на которой только в полдень попался большой встречный обоз. На телегах сидели лишь старики, а остальные подгоняли волов и придерживали загруженные товаром корзины, явно норовя проскочить Гнилой Березняк как можно быстрее.

Люди, занятые своими проблемами, удостаивали нас мимолётными взглядами.

Все хмурые и растрёпанные.

– Жрать будем? – спросил я, глянув сперва вслед обозу, а потом на болотину.

– Опять ноешь? – пробурчала Катарина, тоже посмотрев на топи.

– Между прочим, тебе заплатили за моё сопровождение. Можно хоть немного повежливее?

– Мне заплатили за твою сохранность, а не за любезности.

– Я без еды сдохну, – протянул я.

Нет, помнится, по срочке сутками без жратвы ковырялся под крышей моторно-трансмиссионного отделения танка или, обливаясь грязью и маслом, заползал под днище, чтоб на ощупь искать сопящий патрубок через долбаные лючки.

Голод терпеть приучен, мог на крайняк на ходу заглотить пару галет, просто хотелось наперекор инстинкту самосохранения подразнить эту стерву. Она спасла мне жизнь, не спорю, но это не повод срывать на мне злость.

– Ну, извините, ваше высочество, – развела руками Катарина, – отбивной из оленя у меня нет. И сладкого – тоже. А если не успеем до темноты, то и не будет.

Я промолчал, в очередной раз поправив лямку походной сумки.

Тесная пара светил сперва начала припекать темя, а потом плавно приблизилась к закату. Слева вместо валунов то и дело попадались громады величиной с дом, а топь потихоньку сходила на нет.

Пару раз переходили вброд мелкие речушки с глиняным дном. Тогда приходилось снимать обувь и закатывать штанины повыше. Нелепые полосатые чулки я давно засунул в сумку: они полупарадные, и их нужно беречь.