Охотники на попаданцев

У меня самого статский чин коллежского асессора был равен майорскому, а служба в тайной канцелярии добавляла вес.

– Где ротный? – спросил я без предисловий и представлений.

Кирасиры прекрасно знали меня, так как именно от них я брал капрала с полувзводом.

– В отлучке, – тут же ответил поручик.

– Строй роту.

Взводный бросил взгляд на дневального, который стоял за моей спиной, ожидая указаний, и по помещению разнеся возглас: «Рота, становись!»

Я аж поморщился, так как дневальный прокричал это почти у самого уха.

Солдаты в спешке начали наматывать портянки на ноги, обувать кирзовые сапоги и застёгивать ремни поверх гимнастёрок. Они ходили туда-сюда, скрипя досками тщательно намастиченного аж до зеркального блеска пола. Через пять минут все уже стояли, с любопытством разглядывая меня. Я пробежался взглядом по людям. Некоторых раньше видел, некоторых нет. Новенькие, наверное, прибыли вместо погибших в последнем инциденте.

– Чего изволите? – осведомился поручик.

– Побеседовать хочу, – ответил я.

Мои пальцы указали на двух рослых детин, которые сразу приглянулись. Лица благообразные, но хмурые. Сами ладно скроены. Форма опрятная.

– Где угодно побеседовать?

– В канцелярии, – ответил я.

– Хорошо, ваше высокоблагородие.

– Нет, даже не думайте, Евгений Тимофеевич! – раздался громкий голос со входа, и все повернули головы.

Я не был исключением. Ротный, а это был он, быстро подошёл ко мне и протянул руку, а когда я поприветствовал его рукопожатием, продолжил.

– Никого я вам не отдам. Вот при всём уважении, не отдам.

Я криво ухмыльнулся.

– А чем такой отказ рождён в вашем рассудке?

– Не надо сарказма. Сами знаете, кирасиры – это не просто пехота. Они требуют долгой подготовки. Каждый боец на счету. А я из-за вас серьёзное взыскание от командира получил. К тому же указание пришло из столицы, что в преддверии манёвров никого не выделять. Так что нет.

– Может, передумаете, Семён Николаевич?

Капитан легонько коснулся моего плеча.

– Евгений Тимофеевич, хотите чаю? Или чего-нибудь покрепче?

– Я вас понял. Пожалуй, приму приглашение в другой раз.

– Ну, полноте вам обижаться. Вы взрослый человек, должны понимать. Служба есть служба.

Я усмехнулся.

– Я не обижаюсь. Я лучше пойду. И так много чего случилось.

Ротный облегчённо выдохнул, видимо, настроенный изначально на долгий и упорный разговор, в котором должен был стоять на своём до последнего.