Чужие руки

Кем она должна была быть? Графиней из "Собаки на сене" или Ниной из "Маскарада"? Девушке и вовсе хотелось быть Булгаковской Маргаритой, но Марат Арнольдович называл это пошлостью и безвкусицей.

– Ты непременно должна быть Джульеттой, – утверждал он.

– Там будет армия Джульетт, не хочу быть розовой томной барышней, еще и как все! – не соглашалась девушка. – Я с характером.

– Характер твой там никому не нужен, – уверенно отвечал педагог. – Не хочешь Джульетту, бери Элизу из Пигмалиона, но никакой Маргариты!

Цветочницу Элизу самой Рите хотелось назвать пошлостью, просто в качестве протеста.

Обе героини ей не нравились.

Она до темноты ходила по дому, читала монологи, притворялась то страстной дамой, то милой наивной девицей и обессиленно уснула, так ничего и не решив.

Что ей снилось она не помнила, но, проснувшись в пять утра без будильника, приготовила завтрак, поела и вышла из дома. Город еще только просыпался, а она ехала в автобусе, наблюдая мелькание домов, а потом вышла и свернула в переулок.

Пройдя квартал дворами, наперерез, она перешла через дорогу, зашла на территорию больницы, поднялась на последний третий этаж самого маленького корпуса.

Дверь нужного кабинета была открыта. Зайдя, она сняла с вешалки халат, надела и шагнула к столу.

? Что вы делаете? – спросила испуганно женщина со шваброй, стоявшая в дверях.

Рита вздрогнула. Наваждение, приведшее ее сюда, рассеялось. Она и не думала, куда идет и что делает, словно продолжала спать, а этот вопрос напугал и ошарашил.

Что она делает здесь в чужом кабинете?

? Простите, – тихо прошептала она и бросилась прочь, забыв про халат.

Выскочив в коридор, Рита метнулась к лестнице, перепрыгивая через ступеньки, сбежала вниз и замерла на улице.

Ей хотелось разрыдаться от ужаса, но дрожащей рукой она приподняла бейдж, висевший на халате.

"Заведующий отделением Северин Иван Сергеевич" было написано на бумажке в пластиковом корпусе, но кроме надписи была и фотография, от вида которой у Риты подкосились ноги.

Именно Северин был человеком, закрывшим ее. Если бы не его руки, ей проломило бы череп, по крайней мере, так говорили медсестры в больнице.

Рита действительно заплакала, не понимая, что происходит.

Кто-то обратился к ней, но она не стала слушать и отвечать. Просто бросилась прочь.

Перед выпиской она пыталась поговорить со своим спасителем еще раз.