Хеопс. Пирамида

 – Ливийка? Славно! Хочешь египетских огурцов штук пять? Сядь к нам! Мы вас, ливиек…

Принц стукнул вдруг по подставке, и та взлетела. Он хмурился.

Старший толкнул товарищей, позабывших, кто мать Джедефры. – Мы, принц, как вот пришли с тобой – помнишь? – и с Петефхапи, так посейчас здесь. Сторожим Мемфис, как приказали. Ждём, на Синай пошлют…

Досказать не дали. Вскинув полог, ввалилась банда с палками и ножами, с замотанными в рвань лицами. Девки отпрянули, пьянь стихла.

– Вы! – гаркнул разбойник.

Вырвав подставку из-под печёного с луком гуся, принц кинулся с ней на банду. Бил молча, страшно. Солдаты способствовали мечами. Вскоре бандиты корчились средь разбитых и опрокинутых чашек. Их выволокли наружу. Скрылись и посетители. Принц с солдатами продолжал пить к радости азиата-владельца. Девки им угождали.

– О, вы, могучие! За спасение от нас пиво!

– Честь! – горланили воины.

Пьяный и весь в крови, принц пил, когда на пороге вырос семит, судя по мантии и тюрбану. Он, оглядевшись, внёс свою тучность, вслед – слуги… Верно, торговец, каких было вдоволь в Мемфисе: тирец, сидонец либо же из Мегиддо. Принц вспухал яростью, видя в каждом врага. Сжав кулак, он готов был сорваться и сокрушить купца. Тот приблизился. Это был Сехемхет.

– Жизнь вам! – бросил фаюмец, сев на подставленный табурет. Он кинул солдатам камень, кажется, лазурит.

Воины отошли и пили да гоготали с девками. Слуги князя стали у входа, чтоб не впускать гостей.

– Ты, принц, в притоне, где впору черни?

– Сам здесь как вор, номарх, – бросил принц, глядя в узкие глазки тучного гостя, брата царя по матери, значит, своего дяди. – Переоделся под азиата. Трусишь? Боишься? Меня? Иль ещё кого? Выпей.

– Лучше вина, – поднял князь руку, и, подлетев, служка дал ему чашу.

– Да. Оттого, что кто может, тот не у власти, – буркнул принц.

– Прав ты… – Сехемхет отпил. – Прав, клянусь Себеком. Но теперь ты командуешь Югом, как и сказал царь, – будет он невредим, мой брат! Выкажешь доблесть…

Джедефра взял гуся и разорвал его.

– Дойдёшь до истоков Нила и покоришь всю Нубию, – вёл номарх, не спуская глаз с принца.