Морх

Кроу открыл глаза, и его тут же ослепил яркий солнечный свет. Голова раскалывалась, тело ломило, он проморгался и попытался оторвать голову от песка, но тут же пожалел об этом. Голова взорвалась пульсирующей болью, заставив историка выругаться: зря он не взял с собой из дома аптечку.

Он разжал затвердевшие пальцы правой руки, и на землю упал амулет, увенчанный головами псов. Руди пытался собрать свои мысли воедино и вспомнить, что же вчера произошло. Он убегал от Морлоков… взрыв… и его вырубило. Скорее всего, в тот же момент его перебросило обратно в нормальный мир, иначе бы его сожрали эти твари.

Кроу поднял амулет с песка и убрал его за пазуху, во внутренний карман плаща, затем попытался встать и чуть не упал. С третьей попытки ему удалось-таки подняться на ноги. Тело шатало, ноги дрожали, в голове отыгрывали барабанную дробь маленькие человечки. Он проспал на земле всю ночь. Не заболеть бы. Кроу улыбнулся. За ним охотятся демонические создания, а он боится простуды.

Руди передёрнуло. Он вспомнил о Рэме. Затем подумал о миз Болонз. По идее, её должны похоронить завтра. Но стоило удостовериться.

Он оглядел себя и рассмеялся. Педант Рудольф Кроу был весь измазан в грязи и походил на бомжа с Глин-стрит. А какой у него теперь парфюм! Благородный запах сточных вод. Лучше всего будет сначала помыться, а потом уже выходить в свет.

Кроу привёл себя в порядок как мог. Не всякую грязь можно отчистить холодной водой в озере.

Первым делом доктор исторических наук решил позавтракать, пока такая возможность существовала: ведь никогда не знаешь, что может произойти в следующий момент.

К югу от пристани Руди нашёл дешёвую забегаловку, в самый раз подходящую для его внешнего вида. Денег у него оставалось ещё довольно много, однако заказывать излишеств он не стал, дабы не привлекать к себе лишнего внимания.

Спустя два часа доктор Кроу уже знал время и место похорон миз Болонз. Как это ни странно, но тайны из этого никто не делал, так что пара вопросов в ритуальной конторе и все дела. Там даже не особо обратили внимание на его внешний вид: видимо, они считали, что у небогатой домработницы должны быть именно такие друзья.

Оставалось посетить дом его старого друга.