Отблеск зовущего эха

Вышел мужичок, в фуфайке кудрявый,

Сверху вниз меня оглядел,

Недовольный, злой какой-то смотрел.

Думаю: «Шагаю тут в ногу,

Пора мне действовать походу.»

Показал им молча билетик, персонажем двум этим,

Молча и не обронив и словца,

Образ возник у них одинакового выражения лица.

Мужичок подобрел, сам уж ведает,

Парнишка на цырлах бегает.

– Проходите дядь, проходите,

Чудеса наши Вы поглядите!

Таких чудес и во век не отыскать. -

Смело мужичок спешит дверь открывать.

Я же зеваючи, как недотрога,

Походку сделал себе модную,

Спину выпрямил, как месье важный,

Вельможи вдруг и однажды.

Вполне-таки богатая гостиная

И залы – хорошие витрины,

И стилей разных из Европы,

Статуэтки Азии, Африканские топы.

Всего мира собрания сочинений,

Красотой любуясь тех владений,

Изысканные торшеры висят,

В пору раннюю увидеть был рад.

Хожу как по музею, вроде,

А те спешат, меня торопят,

Ведут уж за руки держат,

Прикидываются интеллигентами невежды.

Как девчонка в кабаре льстится,

Привели, а передо мной ковёр персидский;

Парнишка ковёр срывает,

А там картина оживает.

И что на ней, где найти слов вдохновения?!

Стою как вкопанный, в изумлении.

Зайти в неё что-то не пускает,

Силой, походу мужичок, в неё толкает.

5

И будто в мире оказался другом,

И будто заснул, и видел я сон:

Серебристые реки по холмам розовым,

Деревья бронзовые приняли позы.

Наступаю на траву, сразу музыка

Так ласкает слух, юзает,

Делаю второй неуверенно шаг,

Другая играет и так в такт.

Запахом прелестным леса те поют,

Цвета изумруда дожди меня обволокут.

Плоды на кустарниках гранатового цвета,

Как хочется всегда видеть всё это.

Неведомые птицы, такие красивые,

С людскими делами были иными,

Кружили в небесах, где видно вселенную,

Разноцветную, художнику тему бы.

Шоколадные стояли домики,

Бегали вокруг них карамельные гномики;

Сладко во рту стало сейчас,

Что сказать, жвачка для глаз.

Ярких красок тех палитра

И будто сам отрастил крылья типа,

И летать бы вечно потом,

Что казалось покоится сном.

И неведомо было нам всего этого,

В той жизни, где мало просвета;

Хотелось откусить той фруктовой долины,

В озёрах блестело шампанское, и разных сортов вина.

Цвели ягоды сочные и огромные,

Сок давали так нескромно;

Три солнца освещали степи эти,

Неважно зима или лето.