4. Хашар. Беспощадная жестокость

На одном из поворотов кусты у скал вдруг зашевелились, где-то в глубине треснула ветка, и посыпались камни. Однако свистевший в ушах ветер заглушил эти негромкие звуки. Когда он выбежал на вытоптанную площадку перед первыми гэрами, то сразу наткнулся на детей и женщин. Они закричали и присели от страха. А через мгновение радостно заверещали:

– Билбэт! Билбэт! Это – Билбэт!

Все повторяли его имя. Дети хватали за руки и дёргали. Их лица казались Богдану незнакомыми. Когда он добрался до гэра вождя, позади уже шла целая толпа подростков.

– Привет, бандиты! Отец тут? – крикнул он сыновьям Баргуджина. Дари и Саха тоже были на голову выше. Ребята явно подросли.

– Билбэт? – опешив, пробормотал один из них.

– Ну а кто ещё? Не камень же!

– Отец здесь. Подожди.

– Ждать некогда! Давай быстрей! – с плохо скрываемым раздражением бросил Богдан. Он хотел закричать, что за хребтом стоят монголы, но это могло вызвать панику. Внутри всё кипело, как перед самым важным поединком в жизни. Тело требовало движения и действий.

– Билбэт? Там?.. – послышались из холомо сразу три голоса. Они принадлежали Баргуджину, Уйгулане и её матери. Но из-за полога вышел только вождь. Он тоже внешне изменился: под глазами появились мешки, щёки осунулись, волосы поседели, плечи подались вперёд. Как будто прошло много-много лет…

– Ты?.. – нерешительно произнёс Баргуджин. Его голос дрогнул, но в глазах промелькнула искорка радости.

– Э-э… Далеко, в своём племени, – и тут у Богдана вдруг сорвался с языка вопрос, который он даже не собирался задавать: – А сколько прошло?

– Одну зиму и лето, – последовал короткий ответ.

– Как же так? Целый год? Не может быть! Я же всего один день… – он растерянно оглянулся по сторонам. Теперь было понятно, почему все казались немного другими. В этот момент, как плетью, хлестнула мысль о монголах! – Надо поговорить. Там… там проблемы, – он понизил голос, чтобы никто, кроме вождя не слышал.

– Говори здесь, – Баргуджин сделал знак рукой, и все стали расходиться. Толпа подростков схватила младших братьев и сестёр, оттаскивая от жилища вождя. Вскоре рядом никого не было. Даже мелькнувшее лицо его жены Айланы спряталось за пологом.

– Монголы, – не повышая голоса, произнёс Богдан. – За хребтом. Много. Больше трёх тысяч. По всей долине, до самого горизонта. Думал, успею раньше. Но как-то странно всё. Целый год прошёл.