Свет истины

Еще бы, тут, всего в считанных футах от них неслыханные сокровища, и вот на тебе – придется уходить, несолоно хлебавши. Кончено, в Туделе можно взять богатую добычу, но это будет капля в море сравнительно с содержимым королевских кладовых!

– Может, капитан чего придумает, – робко предположил Корр о-Данн.

Явившийся в пропитанное смолистым чадом факелов подземелье, Рагир, весьма надо сказать разозленный, ибо его оторвали от потрошения губернаторского архива, потратил от силы пару минут на то, чтобы уяснить ситуацию.

– Так говоришь, ваш главный хранитель ранен? – осведомился он у нотариуса.

– Правду будет сказать, он убит, мессир, – сообщил тот. – Ему разрубили грудь с правой стороны почти до нижних ребер – с такими ранами выжить невозможно: я шесть лет был писцом в Негрисском полку и во Фризии насмотрелся таких вещей...

Рагир раздумывал недолго.

– Пошли, – легонько пнул он эгерийца. – Посмотрим, может и получится чего...

Хранитель сокровищ короны, и королевский ревизор округа Тудела, дон Сезар де Ормо лежал на столе в своем кабинете, кое-как перевязанный собственной нижней сорочкой.

Не исключено, подумал Рагир, что удар нанесли вовсе не в отчаянии и панике, а напротив, решив таким образом обезопасить сокровища от разграбления. Потому как попади чиновник в руки пиратов живым и невредимым – и столь жуткая смерть показалась бы благодеянием сравнительно с теми пытками, которые ему пришлось бы претерпеть.

– Хвост Ахайды! – хрипло выругался Морриганх сквозь зубы, и хотя голос его был не громче обычного шепота, он явственно прозвучал во внезапно наступившем угрюмом молчании.

Глядя на набухшие кровью тряпки, Рагир подумал, что нотариус неправ, и при острой нужде он бы попробовал вылечить этого человека. Но нужды в этом не имелось. Хранитель должен был всего лишь сказать, какие ключи куда вставлять.

– Вот что, как тебя там, – обратился он к нотариусу.

Тот не заставил себя ждать.

А пират, тут же забыв о нем, подошел к недвижному телу, и, протянув к нему руки, воззвал к Господину о даровании толики Силы.

Раненый очнулся…

Он лежал на роскошной кровати среди надушенных подушек и тончайших простыней, источавших благовонные ароматы.

Грудь была перетянута чистым полотном, и боли почти не было.