Плацдарм

Значит теория неверна, и пятнадцать лет он следовал ложным путем, так? Но ведь дромос все – таки есть? Но ведь дромоса быть не может, и при полученных результатах проход из мира в мир просто не мог возникнуть. Но он возник? Значит теория верна? Но при верной теории он бы вывел совсем в другой мир? Почему???

Байлакову казалось, что еще немного, и он сойдет с ума.

Он вытащил из «дипломата» одну из своих тетрадей – с которых когда-то начался путь, приведший его к этому дикому успеху-провалу, и начал листать…

Из тетрадей Сергея Байлакова:

«Испанец Антонио де ля Рош сообщил, что в 1675 году на 45 южной широты ему встретился «очень большой и приятный остров с гаванью на восточной стороне».

Он назвал его остров Гранд.

В 1670 году капитан Линдерманн обнаружил в Южной Атлантике на широте Северной Бразилии остров с высоким пиком, «похожим на колдовской колпак», и назвал его Саксемберг.

В следующий раз его видели в 1804 году с американского брига «Фанни» остров наблюдали в течение четырех часов.

Следующим его увидел в 1816 году британец Хэд.

1800 год – капитан китобоя Свейн в районе Огненной Земли замечает высокий остров, покрытый снегом, со множеством морских птиц и тюленей. Он точно указал его местонахождение и координаты, о чем есть запись в судовом журнале.

Вторично остров наблюдался в 1841 году, капитан английского китобоя Дауэрти. По его словам, длина – пять-шесть миль, с низинами и скалами.

В следующий раз остров был обнаружен судном «Луиза» в 1860 и в 1886 годах китобоем «Сингалайз».

Остров был зафиксирован на официальных картах, включая карты британского Адмиралтейства».

Как иронически отметил Сергей в комментарии на полях: «Данные о его наличии весьма убедительны, но, тем не менее, остров отсутствует».

«Англия. Некий Питер Уильямс во время грозы попал в непонятное место. После близкого удара молнии он на некоторое время отключился, а, придя в себя, понял, что заблудился. Пройдя по узкой длинной дороге в каком-то незнакомом саду, он, наконец остановил автомобиль и попросил помощи.

Водитель доставил раненного в больницу, где Уильямс отлежался два дня и лишь затем смог встать с кровати, чтобы прогуляться на воздухе. Его собственные штаны оказались порванными и обгорелыми, и сосед по палате одолжил ему собственные, новые коричневые вельветовые брюки. Питер вышел погулять в больничный двор и вдруг оказался в собственном саду – там же, где его застала недавняя гроза.