Плацдарм

Двух отозвали из Западной группы войск в Германии, одного буквально сняли с самолета, на котором он должен был вылететь в Аддис-Абебу. (Кстати, официально он в оной Аддис-Абебе и пребывает, а по месту службы ему идет положенное жалование с командировочными).

Все это время дня языковеды работали по двенадцать-четырнадцать часов в сутки. Разбившись на пары, они допрашивали пленных и, скажем так, гостей военной базы.

Два лингафонных комплекса, специально привезенных с «большой земли», буквально раскалились от работы.

Но не могли же они двое суток работать впустую?

– Так что, есть какие-то результаты? – повторил Мезенцев уже более настойчиво, подпустив в голос начальственного металла. – Что мне доложить Юрию Владимировичу?

Упоминание Андропова как всегда сработало. В войсках, как и везде по стране, стала усиливаться борьба «за трудовую дисциплину».

– Вот, товарищ генерал, – упитанный майор-пограничник протянул ему толстую пачку рукописных листков. – Это, так сказать, первый том русско-аргуэрлайлского словаря.

– Как? – переспросил Антон Карлович.

– Русско-аргуэрлайлского, – повторил майор.

– Это что, так здешняя страна называется?

– Не совсем, – пояснил пограничник. – Похоже, так по-здешнему именуется весь этот мир. Аргуэрлайл. Вроде как Земля или там Марс.

– Ладно, мне пора к вашим соседям, – важно кивнул Мезенцев. – Немедленно отдайте это в штаб, пусть распечатают и отдают размножать. Скажите, я распорядился. Пусть всякие приказы с циркулярами отложат, и начинают штамповать разговорники.

Когда за Мезенцевым и пограничником закрылась дверь, собравшиеся вернулись к прерванному разговору.

– Нет, как хотите, а язык тут довольно странный, – сообщил доцент, уже вполне освоившийся с положением единственного штатского в этой компании, хоть и интеллигентов, но военных. – Ведь, вроде бы он один для многих народов, но с такими различиями, что и не сразу поймешь.

– Ничего странного, – вступил в беседу один из лейтенантов-«немцев». – Как в Европе языки от латыни произошли…

– Да нет, тут не совсем так, вернее совсем не так. А уж письменность… Тут есть, оказывается, три вида графики: слоговое письмо, иероглифы (впрочем, их мало где применяют, только вроде как в священных текстах и в переписке между царями) и еще один алфавит.