Контрудар

Ибо силами Солнца его враги и пользовались…

Чеченец бормотал это каким-то странным речитативом – ни дать ни взять служка в темном храме, привычно отчитывающий слова богохульного писания…

– И бог явился сюда по нашему следу. Обычно боги прикованы к своим вселенным, но этот был немного другой породы. Все дело в том, что он был Сыном…

Потом вдруг Аслан встряхнул головой, сурово поглядел на полковника.

– Да… чего-то я… Ну ладно, это неважно… пока.

Кроваво-красный отблеск дальнего пожара плясал на его костистом лице с уже заметно отросшей щетиной, отражался в блеклых глазах.

– Просто прими это к сведению – раньше на Земле не было богов. Теперь они есть. Теперь Он есть, – поправился. – Мы ему служим. Он пришел ко мне, когда мне было плохо, когда ваша «демократия» вышвырнула меня из армии и грозилась раскатать мою несчастную Чечню танками. И я ему поверил и впустил в себя… И теперь служу ему. Я и мои товарищи. И тебе тоже придется ему послужить. Но сперва его надо будет немного подкормить…

– Кого? – пересохшим горлом выдавил полковник.

– Нашего Владыку… – прозвучало в ответ.

И ухмылка, в которой противоестественно смешались неподдельное благоговение и одновременно умиление, с каким хозяин смотрит на любимую собаку или кошку, показалась Снегиреву на редкость омерзительной и страшной.

– Нет, ты не подумай… Ему не нужна кровь, плоть или то, что мы называем душой… – как бы размышлял его собеседник вслух. – Просто жертва отдает ему оставшиеся годы своей жизни – он питается временем, которое определено человеку.

Так бурча себе под нос, он вытащил из кармана разгрузки пачку свечей, затем на полу появился старинный медный тазик, наполненный водой, в которой плавали кусочки льда. Расставил свечи вокруг миски в пластиковые розеточки, какими украшали свадебные торты. И этот контраст потусторонней жути и прозаических мелочей мирной жизни заставил сердце полковника сжаться.

Аслан постоял со склоненной головой три или четыре минуты, словно молясь в молчании. Затем принял у вышедшего из дверного проема автоматчика накрытый крышкой армейский котелок – самый обычный.

Под крышкой оказалась пригоршня исходящих сизыми искрами углей.

Он дунул на угли и зажег свечи от вспыхнувшего пламени…

– Нельзя использовать спички, в этом огне не должно быть ни следа серы, – объяснил зачем-то он.