Шепот осени

Когда Дима появился в дверях, почти все места за столом были заняты. Воспитанники детского дома, как и в остальные дни, разделились исходя по возрасту и полу. Слева от входа большая часть столов были заняты девочками, а справа – преобладали мальчики. У окон, где было солнечно и открывался красивый вид на улицу, сидели почти уже взрослые дети. А ближе к дверям сидели совсем еще малыши лет пяти-шести, не больше. Сам того не желая, Дима принялся считать количество присутствующих в столовой, опуская взрослых в форменной одежде, стоящих по углам помещения, сурово глядящих по сторонам и изредка требующих тишины от через-чур шумных.

Он остановился на двадцати трех, когда один из работников приюта подошел к нему и потребовал поскорее занять место за столом, не посчитав и трети присутствующих на обеде.

Дима прошел через ряды, когда услышал свое имя. Его звал Петя, сидящий за одним столом с Геной, Стасиком и еще двумя мальчишками, которых он не видел в спальной комнате. Возможно, одного из них звали «Артемом».

Эдика рядом с ними не было.

И это не могло не радовать.

Сев рядом с Петькой и Геной, Дима уставился в тарелку с супом, от которой поднимался пар и не очень приятный запах вареной капусты. Бульоном тут и не пахло, хотя парочка золотистых кружочков все же плавало на поверхности прозрачной жидкости. На дне же виднелись три кусочка картошки, пара кружочков моркови и изобилие грубо нарезанной капусты.

– Кстати, Саша, Артем – это Дима, – представил его остальным мальчикам Петя.

Артем сухо кивнул, после чего взялся за ложку, принявшись хлебать юшку из своей тарелки.

Саша осторожно протянул свою хилую ручонку над столом и подождал, пока Дима ее пожмет. Не только рука у Саши была худой и вялой, а весь он был похож на голодающего африканского мальчика, с поправкой на цвет кожи. Выглядел он болезненно-бледным. Казалось, все свою недолгую жизнь, он прожил в темном чулане, из которого его выпустили всего пару дней назад.

– Вкуснатищщщааа-то какая! – с неожиданной восторженностью произнес Стасик, громко втянув в себя содержимое ложки, что заставило Диму переключить свое внимание с Саши на него.

– Да тебе дай хоть дохлую кошку, ты ее уплетешь с тем же восторгом, – покачал головой Гена, дуя на суп.

– Зависит, когда она умерла, – не стал спорить Стас, уже приподнимая край тарелки, чтобы легче было из нее черпать содержимое. – Я слышал, что кошачье мясо ничем не отличается от кролика.

– Фууу! – хором отозвались мальчишки, после чего рассмеялись.