Игрушка

Он на несколько секунд замолчал, потом буркнул себе под нос что-то вроде: "Вы так думаете?" и обратился к Сергею:

– ОН считает, что вы не совсем понимаете, о чем идет речь.

– Если честно, то не очень понимаю, – ответил Сергей.

– Такие понятия, как "Армагеддон", "Страшный Суд" вам знакомы?

Сергей невольно отпрянул от собеседника:

– Вы хотите сказать, что это и есть КОНЕЦ СВЕТА? – Сергей показал рукой в сторону окна, где сквозь щель между шторами виднелся лес.

– Можно и так сказать.

– Так мы что, на Том Свете? Мы умерли? – спросил Сергей упавшим голосом.

– Мы не умерли. Разве я похож на мертвеца? – Олег снова взялся за бутылку. – Насчет Того Света вы, в общем-то, правы, потому как от Этого Света осталось жалкое подобие, – Олег кивнул в сторону леса. – Спешу вас заверить – мы живы. И, вообще, оказалось, что никто не умер и теперь уже никогда не умрет. В обычном смысле этого слова.

Он вновь наполнил фужеры коньяком.

– Все произошло неожиданно, – Олег пригубил коньяк и поставил фужер на стол.

 – В понедельник, 5 августа сижу на работе за компьютером, увлекся, ничего вокруг не замечаю. И тут слышу: “Олег Николаевич! Вы только посмотрите, что за окном творится!”

Я оторвался от экрана. Все мои коллеги к окнам прильнули, взволнованно переговариваются и что-то обсуждают. Я заинтересовался, встал и подошел к окну. Ничего примечательного за окном я не увидел – вот уже семь лет изо дня в день, кроме выходных, я мог наблюдать этот пейзаж. Пейзаж красивый, спору нет. С девятого этажа открывался великолепный вид на город – Нева, сверкающая на солнце серебряными бликами, стрелка Васильевского острова, здание Биржи.

Я удивленно посмотрел на возбужденных коллег, не понимая, чем вызван подобный ажиотаж. Наша секретарша Тамара, заметив мой вопросительный взгляд, быстро схватила меня за рукав и повернула к окну:

“Вы не туда смотрите. Вон там, на горизонте!”

Я вновь посмотрел в окно. И, действительно, увидел нечто необычное. По всему горизонту, от края до края, происходило какое-то движение.

Линия горизонта дрожала и вибрировала. Ничего подобного я раньше не видел.

Кто-то из сотрудников настежь распахнул соседнее окно, наверное, чтобы лучше было видно. И тогда я услышал вибрирующий звук. Что-то типа “ту-у-у”. Звук очень тихий, но, вместе с тем, величественный и мощный. Как будто где-то очень далеко одновременно трубили миллионы трубачей. Звук был завораживающе красив. Взглянув на лица своих коллег, я понял, что и они слышат этот звук.