Я люблю тебя, Патрик Грин

На утесах росли желтеющие деревья. Некоторые тянулись вверх, а другие – склоняли кроны набок. А на самом дне карьера расстилалась водная гладь, в которой отражалось ночное небо. Тишину живописного места нарушал лишь стрекот сверчков, да кваканья лягушек.

– Патрик, здесь очень красиво, – искренне ответила я, завороженно глядя по сторонам. – Я и представить себе не могла, что увижу здесь столь необычную картину.

– Давай присядем.

Патрик первым сел на каменистый выступ и свесил ноги с обрыва. Я, боязливо, подобралась к нему и сделала то же самое.

Сама себе я казалась глупой девочкой, которая из-за накопившихся проблем, была готова спрыгнуть вниз, в надежде распрощаться с жизнью. Меня всегда пугала высота, особенно если порода под ногами была сомнительной твердости. Мы вроде бы сидели на монолите, но мысли о том, что он в любой момент мог надломиться и скинуть нас в пропасть, не покидали меня.

– Тебе страшно? – спросил Патрик. Он не мог видеть в сумерках моего выражения лица, но мог догадываться о моих чувствах.

– Нет, – решилась я на обман. – Просто нужно привыкнуть.

– Мне вначале тоже было страшно, – подловил он меня. – Но, когда страх уходит, остается чувство умиротворения и покоя. А еще что-то, схожее с влюбленностью.

– Не думаю, что это место действует на всех одинаково.

– Согласен. Но, на тебя оно подействует так же, как и на меня. Ведь мы с тобой похожи.

– Разве? И в чем же мы с тобой похожи, Патрик Грин?

– Точно не знаю. Но, уверен, что скоро мне это тайна откроется.

– Не забудь поделиться ею со мной, – ехидно усмехнулась она.

Мы замолчали, и только сейчас я поняла, что страх на самом деле ушел, оставив после себя покой и тишину. Чувство влюбленности, правда, не пришло.

– Ты часто приходишь сюда? – спросила я.

– Когда как. В последний раз я был здесь больше месяца назад.

– Наверное, с какой-нибудь наивной дурочкой.

– Да нет – один. Наивную дурочку в нашем городе не так просто найти. – Затем он повернулся ко мне лицом и добавил. – А еще сложнее встретить милую умную девушку, с которой было бы одинаково приятно поговорить и помолчать.

Рад, что в этот день мне улыбнулась удача.

«Вот, черт, неужели это мой «природный магнетизм» вновь дает о себе знать», подумала я. А еще почувствовала, что к тишине и покою медленно, но уверенно подбирается влюбленность.

Я тут же поспешила охладить свою голову и напомнить себе, что «ирландец» ни чем не лучше Шона, и что я не имею ни малейшего права в него влюбляться.