Тихое озеро

– Может, сядешь в машину, и я по дороге тебе все объясню?

После нескольких секунд молчания Шэрилл ответила:

– Я с тобой никуда не поеду.

– Ты даже не хочешь выслушать меня?

– Говори. Потом я решу, стоит мне садиться в твою машину или нет.

Эйдан вновь взглянул на Ривьеру и Бауман (главным образом на Лизу) и, смотря в их сторону, произнес:

– Если ты сейчас же не сядешь в машину, то я уеду из вашего города, и мы больше никогда не увидимся.

Услышать такое в ответ Шэрилл не ожидала, а потому испытала испуг.

Она понимала, что в сказанных словах не было ни доли шутки и что он исполнит обещанное, если она ослушается его, и все же голос гордости еще имел в ней власть.

– Ты этого не сделаешь. А если и сделаешь, то мне до тебя нет никакого дела.

– Так ли это? – спросил он и фальшиво улыбнулся.

Шэрилл оказалась в тупике. Ей хотелось показать ему, что она сильна, что он не властен над ней, что она ему нужнее, чем он ей.…Но не смогла.

Она опустила голову, признав свое поражение, и села на пассажирское сидение.

– Шэрилл! – прокричала Лиза. – Не делай этого, Шэрилл!

Но тщетно. Шэрилл даже не обернулась. Эйдан, довольный собой, захлопнул дверцу и перешел на водительскую сторону.

Когда «Порше» скрылся из виду, Лиза гневно, из-под бровей, посмотрела на Ривьеру:

– Трус!

– А я здесь причем? – обескуражено спросил Айвэн.

– Ты дал ему увезти ее!

– И как я ему мог помешать?!– обиженно поинтересовался он.

– Ты пацан или кто? – коротко бросила Лиза и направилась к остановке.

– Ну, Лиза, брось! – побрел он за ней. – От меня ведь ничего не зависело! Лиза!.. Ну, Лиза!

2.

К началу пятого солнце начало медленно садиться за горизонт, окрашивая вершины гор нежным оранжево-розовым сиянием. Кучевые облака пропали, им на замену пришли высокослоистые, которые также благодаря угасающему светилу, обрели бледно-розовый оттенок.

Ричард остановил «Крайслер» перед небольшим белым домиком, переднюю стену которого в большей степени занимало окно в виде полукруга.

Открыв заднюю дверцу, он взял под мышки два бумажных пакета, в которых хранились закупленные продукты из продовольственного магазина на углу Грин-стрит и Аллеей Славы.

Прежде, чем он дошел до ступеней, дверь дома открылась, а на пороге появилась прекрасная юная девушка с сияющей улыбкой на губах. Одной рукой она придерживала свой округлый живот, а другую прижимала к пояснице.

– Здравствуй, Мэган.