Тихое озеро

Но поддержка головы мало спасала от боли, а колокол в голове забил только сильнее. Он задышал через рот, так как нос был забит и медленно начал открывать глаза. Замычав от непривычно яркого света, Лэнс снова зажмурил их.

По мере набирания опыта (пик которого достиг еще в школьные годы), Лэнс уяснил для себя, что при похмелье не стоит делать резких движений, опасаться яркого света и громких звуков, а также держать при себе всегда бутылочку пива на столике. Но последней истиной он вчера опрометчиво пренебрег.

Лэнс опустил голову и провел по лицу ладонями, в надежде снять с себя маску сна, после чего предпринял новую попытку приподнять веки. На этот раз ему это удалось. К тому же, проделав эту не сложную операцию, его зрение сфокусировалось на стакане воды и таблетке, заботливо оставленные на столике его дочерью.

Он резко вытянул вперед руку и, несмотря на вспыхнувшую боль, он не отступил, так как лекарство от боли было прямо перед ним.

Бросив таблетки в стакан, он понаблюдал, как они начали с шипением растворяться в воде, при этом не удержался и помешал воду пальцем.

Не дождавшись полного растворения, он осушил стакан тремя большими глотками.

Целебное свойство препарата он ощутил практически сразу. Помощник шерифа вытер ладонью рот и с облегчением вздохнул.

– Ну, дочка, спасибо. От твоей матери я мог бы дождаться разве что стрихнину.

Положив стакан на столик, Лэнс поднялся на ноги, при этом опираясь кулаками о края постели.

Прежде чем выйти из комнаты, Лэнс подождал, пока его тело перестанет шатать из стороны в сторону, за одно взяв часы со стола, близоруко оглядев указанные на нем цифры.

Было пятнадцать минут девятого. Довольно рано, учитывая, во сколько он лег спать.

Неторопливо одевшись, Лэнс Норрингтон вышел из комнаты и спустился вниз по лестнице. На кухне из съедобного ему удалось найти лишь холодную пиццу с грибами. Поставив ее в микроволновую печь на полминуты, он принялся за растворимый кофе.

Когда вода вскипела и печь отключилась, он оставил все как есть и побрел в ванную комнату – от еды не было ни малейшего удовольствия, если твой язык мог распознавать, лишь кисло-сладкий привкус испорченных фруктов.

Норрингтон чистил зубы, сдобрив щетку двойной порцией зубной пасты, когда с улицы раздался звук сигнала – кто-то явно заехал на террасу его дома. Он сполоснул рот, оставив немытой щетку в раковине, и направился к входной двери.