Обезьяна счастья. Взрослые сказки

Он даже не отреагировал, когда Молчана положила ему голову на плечо и произнесла вслух:

– А у нас, Горошек, скоро ребёнок будет. Не считая тех, о ком ты ещё не знаешь.

Совсем не удивился царь, хотя голос жены слышал в первый раз в жизни. Только уже на границе с Русью вдруг проговорил вслух:

– Приедем, прикажу вырыть толмача из могилы и на кривой осине в глухом лесу повесить.

Но подъезжая к столице, неожиданно передумал:

– А всё—таки хорошо было, – задумчиво произнёс Горох, – Прикажу толмача вырыть из могилы, вручить медаль царскую и снова зарыть.

Оно и правильно. Иногда лучше обмануться, чем всю жизнь прожить, так и не узнав настоящего чувства. Пусть и неразделённого. А что горько потом, так-то судьба на качелях раскачивает. Сладко—горько, сладко—горько…

Как друиды Стоунхедж строили

– Опять друиды камень тащат!

Кузнец пьяно ухмыльнулся и показал на здоровых мужиков, тянувших за толстые канаты каменную глыбу. Кузнец и сам был мужчина видный: высокий, крепкий – как говорится, косая миля в плечах.

– Сейчас поднимать будут, – заявил он, – ставлю корову против овцы, что справа!

Горшечник с пекарем переглянулись: высока ставка-то! А ну как проиграешь?

Трое мужчин, расположившихся на высоком холме за окраиной поселка, полулежали в мягкой траве вокруг бочонка с элем и отдыхали от трудов праведных. Праздник ведь, День макушки Солнца. Никак нельзя в этот день трудиться, боги прогневаются.

– Ну, так что? – не отставал кузнец. – Спор кто принимает, нет?

– Корову, говоришь, – задумчиво произнес горшечник, седой плюгавенький мужичок лет сорока. – А какую корову? У тебя ж ее и вовсе нет! Ты говори—говори да не того… не завирайся. Проиграешь, чем отдавать будешь?

– Как это у меня нет коровы? – набычился кузнец и отставил большую глиняную кружку в сторону. Недопитый эль выплеснулся через край, лизнув сочную зеленую траву белым пенным языком.

– А вот так! – выпалил горшечник. – Была б корова, твоя жена бы к молочнику с кувшином не бегала!

– Это когда ты видел, чтоб моя к молочнику бегала? – удивился кузнец. – У нас самих три коровы!

– Когда—когда… Да через день почти. Сначала ты в кузницу идешь, затем она… – горшечник внезапно осознал, что говорит что-то не то и прикусил язык, но затем все же выдавил. —..за молоком.