Глаза цвета крови

Он лишь плод моего воображения.

– Ты неправ. Он тот, кто гасит свет и читает мысли. Клыки в темноте, злые когти в ночи. Властитель страсти, силы и мощи. Хранитель знаний. Так что лучше беги без оглядки.

– Я не могу. Мне уже все равно. Я устал, и во мне совсем не осталось сил.

Упав на колени, он обнял жену за ноги, привлекая к себе. Женщина все с той же загадочной улыбкой стала гладить его по волосам, после чего снова обхватила за плечи и внезапно вздернула высоко в воздух, держа за горло, словно тот ничего не весил.

– Беги! – прорычала ему в лицо, продемонстрировав полный рот острых клыков и светящиеся в предрассветных сумерках глаза с красными вертикальными зрачками.

Резко проснувшись почему-то на снегу, Кошевар не сразу понял, где находится. А когда память вернулась, со стоном и скрипом в суставах встал на четвереньки и пополз вперед, ощущая бешеный стук в груди. Где-то вдалеке раздался шум моторной лодки и едва слышимый за рокотом моря стрекот вертолета. В воздух несколько раз взмыла сигнальная ракета.

Генерал, растеряв всякую осторожность, вскочил на ноги и с криками побежал навстречу поисковому отряду. Надежда толкала его вперед, но дальше лишь пропасть и море. Вдали и вправду появилась точка моторной лодки, которая направилась в его сторону, когда он стал отчаянно подавать сигналы фонариком, размахивая им в воздухе.

– Победа! Я выжил! Я здесь! Сюда! – кричал он, едва не сорвав горло.

Когтистая лапа обхватила его за шею и с хрустом позвонков вздернула в воздух, на этот раз по-настоящему, заставив бессильно болтать ногами над землей.

Автомат вмиг выпал из ослабевших рук. Развернув свою добычу лицом к себе, Дабар невозмутимо разглядывал потное, а теперь еще и бледное лицо человека, шепчущего едва слышно молитвы.

– Постой! Погоди! – хрипел генерал, с трудом заглатывая ледяной, обжигающий воздух в легкие. – Давай поговорим… ты ведь разумное существо…

Из второй руки Дабара выдвинулось длинное костяное лезвие и нацелилось генералу прямо в правый глаз, слегка раскачиваясь в какой-то паре сантиметров от его зрачка.

– Нет! Не надо! Не делай этого! Все еще можно решить миром! Зачем тебе все это, я не понимаю! – сделал последнюю попытку Кошевар и заорал от невыносимой боли, когда острие медленно, миллиметр за миллиметром, вошло в глазницу, протыкая глазное яблоко.

Окружающий мир вмиг исчез, растворился в вихре искр и огня. Даже невыносимая боль постепенно притупилась, отступив на задний план.