Нотки кориандра

К середине следующего года предполагалось поставить в войска 2 миллиона новых винтовок, для чего из бюджета Военного ведомства было ассигновано свыше тридцати миллионов рублей, включая расходы на производство патронов и пороха.

– Турецкий след, говорите? – задумчиво произнес обер-полицмейстер.

Он подошел к генералу.

– Анатолий Францевич, заклинаю: ищите настоящих преступников. Верить в участие турков в Сестрорецком взрыве я решительно отказываюсь. Есть в этом деле какая-то другая сила.

В это время в квартиру убитого Лундышева вернулся возбужденный Жарков. Мебель в гостиной была сдвинута, дворники сворачивали испачканный кровью ковер. Вдова находилась здесь же. Не касаясь спинки венского стула, она сидела с безупречно прямой спиной и неотрывно смотрела в окно, пережидая, пока комнату не освободят от следов убийства.

Жарков велел работникам обождать в передней.

– Сударыня, где портфель вашего мужа? – спросил криминалист без лишних вступлений.

– Портфель? Какой портфель?..

Вдова медленно обернула лицо к Жаркову. Казалось, мыслями она была далеко отсюда, и вопрос вынудил ее вернуться в горькую действительность.

– Зачем вы мучаете меня? – Подбородок женщины дрогнул, и из глаза капнула слеза.

– Понятно, – нетерпеливо проворчал Петр Павлович и указал на дверь в соседнюю комнату: – Кабинет?

Вдова, как завороженная, проследила за направлением руки недоумевающим взглядом.

Осмотр ничего не дал. Петр Павлович вернулся в гостиную.

– Ваш муж пришел со службы с портфелем. Где он?

– Его убили, – тихо произнесла женщина.

– Портфель! – возвысил голос криминалист, не в силах побороть охватившее его волнение.

Лундышева замолчала, с удивлением глядя на разгоряченного господина.

Жарков отправился в столовую, потом побывал в спальне.

– В квартире есть сейф? – спросил он, не сумев обнаружить нужной вещи. – Может быть, тайник? Думайте, сударыня! Это очень важно.

– Александр Петрович не посвящал меня в служебные дела, – наконец подала голос вдова и опять оборотилась к окну.

Глава 6

В редакции

Ардов не удивился, застав главного редактора «Санкт-Петербургских ведомостей» за обновлением художественной экспозиции, которую он разместил в стенах редакции.