Троянец двух господ 1943 (Программист Сталина – 4)

Отдельные упоминания того «как было тогда», выскакивавшие у пришельца, подтверждали такие отличия.

Очевидно, что приближённые Рузвельта, которые имели всё же больший вес в глазах Президента и военные получили намного больше ответов, проводя больше времени с пришельцем.

Яростное сопротивление Гитлеру и позже – массовое применение ранее появившегося из-за сведений пришельца у Сталина ужаснейшего атомного оружия, показывало то, что большевики готовы, отстаивая свои идеалы, убивать своих врагов – миллионами. С другой стороны, готовность Сталина «поделиться знаниями о будущем» с США, улучшив некую относительно удачную систему политического равновесия в мире, которая долго царствовала в прошлом господина Рожкова, говорила, что СССР готов договариваться.

Но это была большая политика, с которой только предстояло разбираться. Какие вывод сделал для себя сам Рузвельт и к чему приведут действия американского Президента и вождя русских, могло показать только время.

А пока, более первичным было понять – чего хочет господин Рожков сам.

Кажется – спроси его о чём только не желаешь, получишь хоть какой-то, но в любом случае более достоверный ответ, чем могут дать любые нынешние мудрецы и предсказывающие будущее.

Очевидец оттуда..

С ним надо говорить, как человек с человеком, а не как государственный деятель с с таким же представителем иной страны?

Попробовав управлять разговором, Нельсон, максимально натянувший маску доброжелательного хозяина, вскоре обнаружил, что его расспрашивают с не меньшей беззастенчивостью, чем он сам.

Он узнавал у «человека из будущего», тот – задавал вопросы «исторической личности». Очередной в его коллекции, как признался сам господин Рожков..

Каждый пополнял свой уникальный опыт..

***

Рослый пришелец, значительно выше даже 179-сантиметрового Нельсона, легко использовал термины, совсем не возможные из уст «человека из СССР».

«Глобализированное будущее», со множеством возможностей делать бизнес, на совсем ныне не представимых нишах и новых рынках, практически не существующих сейчас, пленяло. Слова пришельца о том, что в среднем, благосостояние людей улучшилось не только в самых богатых странах, укрепляло стройную картину «общества потребления». Самые обычные люди желали больше потреблять.