Программист Сталина

– Никита Егорович, что с тобой? Ты расскажи, попробуем вместе разобраться.

Похоже, он боится. А вчера совсем весёлый был, я ещё удивлялся, как легко всё воспринимает. Но почему? Что у них там такое про наше время плетут? Обычное обострение классовой борьбы. почистили скрытых врагов. Немного головокружение от успехов пошло, палку кое-где перегнули. Так разбираются же, выпускают невиновных, скрытых врагов в своём аппарате тоже почистили. Уж мне ли не знать? Или это пропаганда там буржуйская так клевещет? Пока неясно.

.

Пришелец посмотрел на меня и неожиданно спросил в лоб:

– Вы ведь обо всём доложите, что я сейчас скажу, так? Так и должно быть, не отпирайтесь, понимаю. Знаете, что меня больше всего страшит? Не выбор, насколько подробно и правдиво рассказывать об будущем.. тут выбора то и нет – я буду предельно откровенен. Проблема в другом..

Капитан удавил готовый вырваться удивлённый вопрос «в чём?» и дождался продолжения:

– Поверят ли мне, несмотря на всю мою предстоящую откровенность.

. будущее.. оно совсем не такое, как видится сейчас, в 1940 всем. И чем дальше – тем удивительнее и ужаснее его чудеса и страхи.. и про Ваше время слишком много.. плохого говорят. И я – чужой в этом времени. Тоска заедает. Что я сделаю здесь? – Он опустил голову.

Я промолчал. Не знаю точно, о чём он там. Очевидно, раскисает товарищ из будущего. Пусть наверху с ним и его всеми словами разбираются. Не моё это.. лучше просто всё сделать, как велено товарищем Наркомом.

Налаживать контакт – значит, налаживать контакт.

Похлопал его плечу:

– Держись, у нас тоже жить можно. Товарища Сталина, может, увидишь. Многие «хоть глазком» с детства мечтают, а он сам тебя, наверное, слушать будет.

Пришелец дёрнулся, что выглядело при его размерах довольно неестественно, хотел что-то сразу возразить(?), сник и пробормотал:

– Хорошо бы.

Явно другое хотел сказать. Но не стал допытываться. Будем бодрить.

– Скоро приедем уже.

Айда, позавтракаем. Аппетит у тебя молодой, вон каков вымахал!

***

Пока Никита собирался, я вышел в коридор. Не буду стеснять его. Вдруг у него стояк утренний, вот и мнётся, простынь не скидывает.

Мои, в соседних купе, по очереди всю ночь, да и сейчас продолжали бдить. Просто потому, что так положено. Пришелец, впрочем, и не думал «куды-то бечь».. ну и нам проще, меньше забот – беспокоиться, что что-то пойдёт не так.