Атас и Аста

Стажёр, словно повинуясь какому-то инстинкту, отошёл на шаг от водителя в спортивном костюме. Этот тип, одетый как большинство подобных людей, что в большом количестве встречаются в неблагополучных районах, вызывал подозрение и внутреннее отвращение у молодого стража правопорядка. Впрочем, второй тоже. От него веяло каким-то неприятным холодом. «Наверняка судим», – мелькнула в голове стажёра мысль, основанная на занятиях по криминалистике в Академии.

– Вас понял, товарищ эээ… майор, – темноволосый изобразил нечто, отдалённо напоминающее улыбку.

– И что ты понял? – спросил Осипов.

Брюнет неприятно хмыкнул – наверное, у него это был аналог смеха и окинул точками глаз обоих милиционеров:

– Дождь идёт… Давайте в фургон зайдём.

Он жестом предложил Осипову обойти машину, чтобы подойти к боковой дверце. Стажёр пошёл за ними.

– Так, Серый! Не отсвечивай! Сядь в кабину! – властно приказал он тому с простоватым лицом в спортивном костюме.

Тот, которого назвали Серым, как будто попытался подать старшему какой-то знак, но затем послушно, хотя и неуверенно, открыл водительскую дверь и залез внутрь кабины.

– Всё ништяк, сейчас поедем! – прикрикнул на него бледнолицый с тёмными волосами, а затем, обращаясь уже к Осипову, добавил: – правильно, начальник?

Стажёр проследовал за ними до двери, а когда темноволосый открыл её, посветил своим фонарём внутрь. Там были какие-то металлические стеллажи с какими-то приборами или оборудованием. Стажёру показалось, что всё было старым.

А у самого входа к полу было приварено крутящееся кресло.

– В чём дело, стажёр?

Фонарь Осипова хоть и был направлен на молодого милиционера, всё равно отбрасывал свет на его лицо с длинным носом, делая его внешность похожим на какого-то персонажа из фильма ужасов, что показывали в многочисленных полуподвальных видеосалонах, из-за чего стажёр едва не засмеялся.

– Я сам документы проверю. Свободен!

Осипов захлопнул дверь перед носом коллеги, едва тот успел произнести «Так точно!».

Молодой человек увидел, что неприятный тип в спортивном костюме включил «дворники» и нервно стучит пальцами по пластмассовому рулю. Стажёр направил фонарь на обочину и придорожную траву, которая даже ночью и при поливающем всё вокруг дожде была серо-бурой от впитавшейся грязи и пыли. Буквально через минуту боковая дверь открылась, и Осипов, чьё лицо вопреки ненавидимому дождю вдруг стало излучать нескрываемое довольство, буквально выпрыгнул наружу.