Шампанское по воскресеньям

Либо он сожалел, что у содержимого мешка всё устроено не так, как у червей, у которых нарушение одного сегмента тела не влечет за собой гибели всего организма. Или его занимала мысль, что у червей на время появилась разнородная среда обитания и пропитания.

– Мне нравится Полина Виардо, – сказал я первое, что пришло в голову, лишь бы Юрий Львович отстал от меня; я что-то о ней слышал; на самом деле мне нравилась только фамилия.

– А ведь действительно, – глядя на меня, в задумчивости произнёс шеф, – разве могло быть иначе, Иван Сергеевич?

Что он себе там думал, я не знаю.

– Ты её видел? И как давно?

– Смейтесь, смейтесь, – процедил я.

Юрий Львович улыбнулся. Я привык к его снисходительному отношению. Я ждал, когда его удовольствие от моего – пока не проявленного, но им определённо предполагаемого – невежества истлеет и он продолжит.

– Лекции не будет, – сказал он, должно быть, рассчитывая меня обрадовать.

Я поклонился ему в знак признательности, хотя и так уже понял, что вопрос о Полине – это всего лишь очередное чудачество шефа и что для лекции нет оснований: у нас в разработке не было ни одного дела.

– Утром мне звонил Славик, – продолжил Юрий Львович. – Он перебрасывает нам клиента от своих пригородных коллег. Старушке семьдесят шесть лет, но она очень активна и настойчива.

– Что она нам может дать? – бесконтрольно вырвалось у меня.

– Ты вульгарен как вся современная молодёжь.

– Я имел в виду совсем не то, – оправдался я.

– Я, между прочим, тоже… Твоё повышенное внимание к своему мужскому началу мешает тебе воспринимать смысл сказанного в его исходном неискажённом значении.

Я промолчал. Витиеватые изречения Юрия Львовича в мой адрес всегда задевали меня либо своей излишней пространностью, оставляющей широкое поле для неприятных догадок, либо намёком на что-либо конкретное, как сейчас.

– У старушки, возможно, убили сестру, – пояснил шеф. – Судя по материалам, это не исключено. Старушка – единственный настаивающий на расследовании человек.

– Полиции эта обуза, конечно же, ни к чему, – пробурчал я.

– Какая прозорливость… Разумеется, выигрышные дела они оставляют себе… Клиента зовут Екатерина Леонидовна Свешникова. Её сестра… – Юрий Львович заглянул в папку у себя на столе – Светлана Леонидовна Ревун. Пусть клиентка у нас будет бабой Катей… или старушкой? А её убиенная или не убиенная сестра – госпожой Ревун.

Шеф в ожидании посмотрел на меня.