Шампанское по воскресеньям

 – Мы обязуемся либо найти убийцу, либо представить аргументы, доказывающие, что ваша сестра умерла своей смертью.

– Её убили, – твёрдо сказала баба Катя и легонько стукнула тростью об пол.

– Мы всё выясним. Давайте закончим с договором, – предложил шеф.

Я заметил, что он начал нервничать.

Возражений со стороны клиентки не последовало. Она надела очки, отыскала в сумочке паспорт и ручку, затем пробежала глазами по первой странице договора, открыла последнюю страницу и обвела нас подозрительным взглядом.

– Откуда вам известны мои паспортные данные? – недовольно спросила она.

– Ваши паспортные данные нам передала полиция, – пояснил шеф.

– Конечно… разумеется… бездельники! – сказала баба Катя, видимо всё-таки не про нас с шефом, и подписала договор.

Старушка демонстрировала характер. Это было очевидно и это надо было иметь в виду. Вежливая улыбка исчезла с лица Юрия Львовича, он посерьёзнел.

– Вы обратили внимание на стоимость наших услуг?

– Разумеется, – с легкостью ответила баба Катя.

– Но это просто соблюдение формальностей, не более того. Мы не можем указать в договоре нулевую стоимость. Мы займёмся вашим делом бескорыстно, принимая во внимание…

«Что он несёт?» – только успел подумать я о шефе, как старушка тут же со мной согласилась, перебив его:

– С какой это стати, Юрий Львович? Я правильно вас назвала?

– Правильно, Екатерина э… Леонидовна. Понимаете…

– Знаете что, Юрий Львович, – остановила его клиентка жестом руки и поправила перстень.

Я ликовал, старушка определённо начинала мне нравиться. Что касается шефа, то он, похоже, немного растерялся, что было большой редкостью.

– Хорошо, формальности позади, – подвёл он черту. – Чтобы разговор наш получился конструктивным, мы построим его следующим образом: я буду задавать вам вопросы, а вы будете по существу отвечать на них.

– Чтобы вы смогли задать мне правильные вопросы, я лучше сначала расскажу вам о своей сестре, – возразила она.

Я с интересом посмотрел на Юрия Львовича, гадая, как он поступит. Ещё никому в этом кабинете не удавалось навязать шефу свою волю, несмотря на то, что в нашем гостевом кресле сиживали порой весьма солидные господа, готовые платить за наш труд очень приличные деньги.