Скиталец

Перед тем как утихнуть, ливень усилился. Он хлестал прямо в лицо сидящему, но тот и не шевельнулся. Когда потоки воды, стекающей с вершины, стали напоминать полноводные реки, из-за камня, похожего на нелепо приплюснутый гриб, появилась огромная черная змея с опаловыми бликами на длинном теле. Она свернулась клубком и замерла. Вода, омывавшая ее, превратила матовую чешую в нечто мягко искрящееся, и, как обычный окатанный прибоем камешек в воде подобен изысканному полудрагоценному камню, а на воздухе становится скучным серым булыжником, так и огромная змея превратилась в подлинное произведение искусства.

Может, именно потому она и не внушала никакого страха. Хотя бояться змей – в крови человека.

Потом ливень превратился в дождь, а дождь – в мелкую морось, которая тоже скоро иссякла. С моря потянуло холодным ветерком. Промокший до нитки человек вздрогнул – должно быть, от холода – и повел плечами.

В тот же миг змея встала с земли в облике девушки с бледной матовой кожей и черными волосами до плеч.

Длинное синее платье, широкий плащ неопределенного цвета – обычная одежда небогатых людей. Единственное, что удивило бы стороннего наблюдателя, если б ему удалось рассмотреть подробности, – поверх простенькой ткани на девичьей груди сиял крупный драгоценный камень, а у пояса висел кинжал в ножнах.

– Ты весь промок, – сказала она сидящему мужчине. – Замерзнешь.

– Как промок, так и высохну, – хрипловато ответил он, поднимаясь. – Боже, я об этом мечтал почти год.

– Меньше, родной.

По нашему времени мы провели в Сирии одно-единственное лето. – Она помолчала. – Как ты себя чувствуешь?

– Уже значительно лучше.

Мужчина встал и зашагал в сторону суши. Склон был пологим, лишь в двух местах пришлось прыгать.

В пещерке с низким сводом, в которую вел узкий, неудобный проход, горел костер. Дождь вполне мог добраться даже сюда, потому что проход был хоть и тесным, зато коротким. Но на сухом песчаном полу не оказалось ни одной капли. Костер потрескивал весело и умиротворенно; над двумя горящими поленцами, пристроенный со знанием дела, висел котелок с похлебкой.

В стороне, задумчиво пережевывая овес, стояли две лошади – обычный мерин и иссиня-черный, дивно красивый арабский скакун, укрытый от ветра попоной.

Сбросив мокрый плащ на пол, мужчина стал без стеснения раздеваться и отжимать одежду.

– Где ты раздобыла овес? – спросил он девушку-змею.

– Наколдовала, – спокойно ответила она. – Главное, что кони довольны.

– Молодец.