Черно-белая война

Может забраться в заклинательный покой или в замковый источник. Он вышел в большой коридор, проследил, как один из малышей-гремлинов, должно быть, еще подросток, деловито лез по стене к покривившейся в канделябре свече, и свернул в другой коридорчик, поуже, но зато устланный особенно пушистым ковром. Коридор уперся в большую круглую залу, уставленную низенькими креслицами без спинки, а потом в балкон, балкончик, нависающий над кронами деревьев далеко внизу. На балкончике сидел, свесив ноги между прутьями, Спиногрыз, а рядом с ним сидел личный гремлин Рикардо.

– Ну согласись, что постоянно мыться – это неразумно, – напирал Спиногрыз. – Сколько воды зря уходит. А мыло? Она же уничтожит защитную пленку кожи.

– Грязными руками пищу брать нельзя, – назидательно произнес гремлин. – Это вредно. Вот я, скажем, всегда лапки мою перед едой.

– Если так, то руки не мыть надо, а дезинфицировать. Например, порошком. Мытье-то при чем? Оно наносит вред защитным функциям организма, вот!

– Ты будешь грязный на белых простынях валяться, а нам их стирать потом.

– И простыня ни к чему. Куда удобней так, на матрасе.

– Положено – на простыне. Что ты, будто дикарь? Что положено – то положено. Исполняй. Ты откуда такой дикий?

– Я не дикий. Я с Ладжера.

– Не знаю такого мира.

– А ты много миров знаешь?

– Много. Вот этот, где живу, и тот, где родился.

– Всего два? Это разве много?

Гремлин посмотрел на Спиногрыза очень сурово.

– Это ровно на один мир больше, чем положено.

– Так ты у местных слывешь путешественником?

– А то. Я у наших – авторитет. Самый старший. И потом, я прародитель. Я больше всех знаю. Хозяин всегда мне распоряжения по хозяйству оставляет. Я даже артефактом связи умею пользоваться.

– М-м… Да, солидно. Уважаю.

– И я тебя уважаю. Во-первых, ты человек, а во-вторых, бессмертный.

– Ага…

– Слушай, научишься по мирам перемещаться – привези мне часы, ладно? Я их больше любой другой техники люблю.

– Коллекционируешь, что ли?

– Нет, ем.

– Действительно? – Спиногрыз завозился, потому что-то стал внимать с запястья. – Слышь, у меня тут с собой есть счетчик радиации, готов пожертвовать. Будешь?

– Ну давай. – Гремлин принял маленький круглый счетчик на ремешке и захрустел им.