Темь. В поисках истины

– Вставайте, граждане, вставайте, – решил проявить активность сержант, узрев обозначенную начальником цель. – Там разберемся…

Леха безнадежно махнул рукой и, печально обласкав взором недопитую бутылку пива, стал одеваться. Как видно, по опыту он знал непреклонность нелюбимой полиции в иных ситуациях.

Для Антона в «ментовке» все было внове: и неприметная металлическая дверь, и обшарпанное помещение с затхлым служивым запахом, в которое их привели. Новым было и состояние допрашиваемого, вынужденного отвечать на самые дурацкие, по его мнению, вопросы: «Зачем приехал в Петербург? Родственники? Знакомые? Где планируешь остановиться?».

Дурацкие потому, что он сам не знал ответы. Ну, умерла тетка, да и та – неродная. Других близких нет. Завещала ему, в случае чего, ехать в Питер, к родственнику…

Тут-то Антон вспомнил о записной книжке: телефон этого родственника был в ней! А других координат тетка не оставила. На него словно обрушился ледяной душ: вот так влип: в Питере – без денег, без знакомых…

Очень внимательно слушавший эту часть печального повествования Леха поскучнел и отвел глаза в сторону.

Сочувствия на его физиономии явно не читалось, и огорчен он был чем-то другим. Впрочем, это быстро выяснилось, когда капитан, равнодушно выслушав Антона, повернулся к бывшему скинхеду.

– Кажется, мы встречались, – с проблеском интереса вопросил он в пространство.

Лехе этот энтузиазм не понравился.

– Не могли мы встречаться, – строптиво боднул он головой воздух. – Тут у вас я не был.

– А в других местах – был, – проницательно констатировал страж порядка. – А с ним-то как вдвоем очутились? – адресовался он Антону.

Здесь и выяснилось, что интерес к своему поездному соседу Леха имел своекорыстный. А именно с его помощью рассчитывал на ночевку в Питере, поскольку, как путано объяснил отставной скинхед, у него были непредвиденные сложности с общежитием, оставшиеся в наследство от прошлой, отлично сданной, между прочим, сессии.

– Пьянки? Бабы? – профессионально уточнил капитан, а ухо у сержанта с любопытством высунулось из-под кепи.

Леха замялся, а потом покаянно сообщил:

– И еще набил морду черным. Они в общагу к нашим девкам сунулись.

– Институт культуры, значит, – со значением произнес капитан, рассматривая потрепанную книжицу, являвшую собой, видимо, студенческий билет. – Это который? На базе начальной школы для трудновоспитуемых? Или вот вчера я был по вызову: культурный лицей имени первого президента РФ.