Причуды владыки Ардара

– Поразительно! Не понимать, в чем состоит честь и достоинство семьи владыки! Сделать официальной наложницей дочь простого пастуха! Не дочь вождя или старейшины, что укрепило бы твой трон, а дочь пастуха! Да только, если ты обратишь на нее свой взор, – для нее это уже великая честь! А если ты переспишь с ней, то она должна молиться на тебя до конца своей жизни! Знаешь сколько вождей и старейшин разгневаны на тебя, что ты предпочел эту пастушку их дочерям?

– Мама, Кханда очень мне помогла.

– Чем же? Раздвинула ноги шире, чем могут другие? Или у нее есть еще что-то такое между ног, чего нет у других? – с презрением спросила Калавати.

– Кханда открыла мне глаза на неполадки в государстве!

– Назвала имена заговорщиков?

– Хуже. Указала местность, где сакасенов перестали обучать военному делу. Где оружие поменяли на горшки с золотом.

– Ты имеешь в виду Хускаю, Капаиту и Хушку? Это я распорядилась, чтобы тамошних мастеров не отвлекали от дела. Их мастерство выше всяких похвал и мы получаем за их изделия много золота.

– Золота? – владыка пришел в ярость. – А если армия массагетов или шаха

Кавада завтра подойдет к Хускае? Тамошние жители чем будут отбиваться: горшками? Или может, вместо стрел будут метать золотые слитки?

– Сын мой, ты неразумен. Если армия Кавада или воины Кадфиза подойдут к Хускае, они не станут убивать их жителей, а заберут их с собой. Ни один здравомыслящий правитель не станет губить столь искусных умельцев.

– И при этом изнасилуют их всех жен и дочерей, перебьют стариков и младенцев.

– Сын мой, вы немедленно отмените свое неразумное повеление. Я требую от вас не как мать, а как глава Совета старейшин страны!

– Извини, мать, но дела войны не в вашем ведении. Я верховный военный вождь страны и все способные носить оружие мужчины подчиняются только мне!

– Сын мой, ты отменишь свое повеление.

– Скажи, мать. Мой отец владыка Артасар допустил бы, чтобы кто-то из его подданных не умел владеть мечом или стрелять из лука?

– Никогда! – гордо ответила Калавати, свято чтившая память и дела покойного мужа.

– Тогда почему ты требуешь этого от меня? – ехидно спросил Ардар.

– Делай, как знаешь, сын. Я не буду вмешиваться в дела войны.

– Спасибо, мама.