Мемуары рижской куртизанки

Прошла примерно четверть часа, и вот одна госпожа невысокого росточка, одетая довольно чисто, и благопристойного вида, неожиданно присела рядом со мной. Мы поприветствовали друг друга и завязали разговор на общие для всех людей темы, которые хотят поболтать, хотя, на самом деле, им не о чём говорить друг с другом, и, конечно, мы начали с погоды.

– Сегодня в Риге довольно тепло для этого времени года, – мягким голосом произнесла эта милая дама.

– Даже чрезмерно тепло, кундзе.

– К счастью, в парке намного больше воздуха, чем в городе.

– Да, кундзе, совершенно верно.

– О, яункундзе[7 - Jaunkundze (латыш.) – яункундзе – незамужняя девушка в Латвии.], если бы вы знали, сколько завтра в это время народу соберётся в Дуббельне[8 - Поселок в городе Юрмала, в настоящее время называется Дубулты.], если погода вдруг не испортится! Хотя, для нашего прибалтийского климата это не станет новостью!

– Безусловно, кундзе, но я думаю, что будет тепло и народу соберется на променад довольно много.

– Но, яункундзе, чем больше я вас рассматриваю, тем больше мне кажется, что я с вами уже встречалась. Не имела ли я удовольствие вас видеть в Либаве?

– Нет, кундзе, я никогда не покидала Ригу.

– В действительности, яункундзе, вы столь походите на одну молодую особу, которую я знала в Либаве, что вполне могла вас принять за неё. Впрочем, сходство это не должно вам причинить никаких неудобств… она – одна из наиболее обходительных и благовоспитанных девушек, что мне приходилось когда-либо повстречать.

– Вы очень любезны, кундзе, но я знаю, что я отнюдь не столь благовоспитанна, как это необходимо в наше время, и эти ваши слова и лестная оценка – лишь результат вашей доброты. Но как бы мне хотелось оправдать ваши тёплые слова обо мне… что мне сделать в жизни, чтобы ваши комплименты стали правдой? – Произнося эти последние фразы, у меня из груди выскользнул горестный вздох, и я не смогла сдержаться от того, чтобы не уронить несколько слезинок на свои раскрасневшиеся щёчки.

– Ах! Что случилось, моё дорогое дитя, – воскликнула эта добрая кундзе ласковым тоном, нежно сжимая мою руку, – вы плачете? Что вас огорчает? Вас посетила чья-то немилость? Поделитесь со мной вашим горем, мой маленький цыплёнок, не опасайтесь мне открыть ваше сердце и полностью положитесь на нежность моего. Будьте уверены, что я готова вам служить во всём, что будет зависеть от меня.